Когда над тобой только и делают, что смеются, начинаешь всего бояться. Не можешь ничего сказать, даже зная, что родным тяжело с тобой из-за этого. Перед глазами всё темнеет, горло перехватывает, душа и слова умирают.
Я не хочу сказать, что это хорошо — быть слабым. Но также думаю, что быть сильным тоже не лучший выход. Говорят, что в нашем обществе выживает только сильнейший. Но мы ведь не звери. Мы люди.
Я так и не научился нормально общаться с людьми. Я хочу отвечать им взаимностью, но у меня ничего не выходит. Словно между нами невидимая черта, которую я не могу переступить.
Мне кажется, что только когда есть кто-то, кто говорит нам, что любит нас, только тогда мы можем научиться любить самих себя. Я думаю, что мы просто нуждаемся в ком-то, кто примет нас такими, какие мы есть. Только тогда мы можем начать понимать и любить самих себя.
Ночь, как слеза, вытекла из огромного глаза
И на крыши сползла по ресницам.
Встала печаль, как Лазарь,
И побежала на улицы рыдать и виниться.
Кидалась на шеи — и все шарахались
И кричали: безумная!
И в барабанные перепонки вопами страха
Били, как в звенящие бубны.
Мы все чего-то боимся. Страх ползает внутри тебя, как дикий зверь, царапает когтями твои внутренности, делает слабыми твои мускулы, пытается сыграть дурную шутку с твоими кишками. Он хочет, чтобы ты корчился и плакал, но страх надо отбросить и призвать все свое мастерство, и тогда тебе поможет свирепость.
Люди не так уж и плохи — они опасны, когда сами боятся, а боятся они всего, что чем-то отличается от обычных вещей.
Cлайд с цитатой