Роман не есть аргумент; история получается или не получается, и это зависит только от самой истории. Разве важно — выдуманные детали или реальные? Важно, чтобы деталь казалась реальной и чтобы она была абсолютно лучшей деталью для данных обстоятельств.
Харри Хукстра никогда не страдал от недостатка подружек. Проблема, если это только была проблема, состояла в том, что ни одна подружка у него не задерживалась. Он не был развратником. Он никогда их не обманывал — у него никогда не было больше одной подружки одновременно. Но он их оставлял, или они оставляли его — все его любовные связи были скоротечными.
Это же роман. Он не может быть о чём-то. Это просто хорошая история. История о том, как выбор, сделанный двумя женщинами, влияет на их последующую жизнь. Ведь выбор, который мы делаем, всегда влияет на нас — разве нет?
Я пытаюсь увидеть всю женщину, Конечно, я знаю, что она стара, но ведь представить чью-то жизнь помогают фотографии или что-то вроде фотографий. Я имею в виду жизнь целиком. Я могу вообразить её, когда она была гораздо моложе, чем я, потому что всегда остаются жесты и выражения, которые в крови, — они не зависят от возраста. Старая женщина не всегда видит себя старой женщиной, и я тоже не всегда вижу её такой. Я пытаюсь увидеть в ней всю её жизнь. В целой жизни человека есть что-то такое трогательное.
Реальный мир трагичен и для тех, кто думает, и для тех, кто чувствует. Комичен он только для тех, кто идёт по жизни счастливчиком.
Ханна была журналисткой. Она исходила из того, что все романы в основном автобиографичны. Рут была романисткой; она смотрела на свои книги и видела, что в них выдумано.
— Я ненавижу есть в одиночестве.
— Есть с книгой — это не значит есть в одиночестве.
Она с чувством тревоги читала биографии любимых авторов, она предпочитала не знать про них всякие неприятные вещи.
Садовник боялся маленьких женщин, он всегда думал, что их гнев непропорционален их размерам.
Cлайд с цитатой