защита

Слёзы — оборонительная жидкость.

Плевать, если умрем мы. Скуби-Ду может умереть! Я этого не допущу ни за что. Я лично его от пули прикрою.

Добро, которое себя защитить не может, очень скоро добром быть перестанет. И не просто быть добром, а и вовсе.

У доминантного волка стремление защищать — сильнейший инстинкт, а Сэмюэль очень доминантный волк. Протяни ему палец, и он захватит весь мир, а с ним и всю мою жизнь.

— В бою всегда следуй за рослым.

— А почему так?

— Из них получается великолепная цель. А уж этот притянет к себе внимание каждого лучника.

— Признаюсь, я никогда не воспринимал его в таком свете.

— Смирно!

— Спасибо, командор Мэйсон... Взгляните на этого «красавца»: Тянь-Джао по кличке «Председатель» — лидер Китайских военных и командующий войсками Коалиции Сил Самообороны. Этот засранец действует очень жёстко, даже с Китайским правительством: они контролируют его не больше, чем мы — «эта кошка гуляет сама по себе». «Председатель» выкручивает России яйца по полной. Командор?

— Если Россия сломается и примкнёт к К. С. С., это будет крупнейшая армия на планете. Именно этого и добивается Менендез — натравливает сверхдержавы друг на друга. Сейчас Иран и Индия под угрозой. К. С. С. делают ход — и О. К. С. О. надо вмешаться.

— Б. П. Р. «Спектр» играет ключевую роль в защите северной границы Индии. Для быстрого реагирования придётся отправлять десант. Главная задача противника — уничтожить сеть обороны, нейтрализовав генераторы и спутниковые установки. Если им это удастся, мы не сможем помешать врагу проникнуть в центр управления. Если это произойдёт, «Спектр» падёт, и путь Чжао в Индию будет открыт.

Мы готовы использовать весь спектр наших возможностей для защиты себя и наших союзников. Одна из наших возможностей заключается в наличии у нас мощных вооруженных сил. Мы воспользуемся ими, если пожелаем, но мы бы предпочли не идти в этом направлении.

Знаешь, кто такой герой? Человек, для которого защита других важнее, чем собственная. Кто видит, что не всесилен, но не боится пробовать. Кто не гнушается просить помощи. Я не всегда этому соответствовал, но никто мне не мешал пытаться снова.

У каждого человека, даже у самого плохого, есть священное право на защиту.

Я столько всего наговорил, а на самом деле... Во всех этих словах нет смысла, если я не могу никого защитить.