смысл жизни

И вот в небе уже летит стая птиц, как вы видите, и одна птица спрашивает другую:

— Почему мы все время следуем за этим глупым вожаком?

— Я не знаю, — отвечает другая. — Я слышала, что только у него есть карта.

Какая карта, черт возьми?! У кого есть карта?! Покажите мне это существо! И думать, что у кого-то есть карта, — это полный бред! На самом деле, карты нет ни у кого! Но кое-кто продолжает следовать за Римским Папой или за Федором Михайловичем Достоевским, например, и думать, что у этих людей есть какая-то карта!

Я — это начало и конец. Я — это вечное начало бесконечного конца. Все начинается с меня и мной же закончится.

И единственное, что важно — это Сейчас. И оно же вечно.

Гораздо достойнее быть, пусть игрушкой, в руках какой-то высшей силы, чем случайно образовавшимся сгустком белкового вещества. («Жизнь есть способ существования белковых тел», — написал однажды глупость умный, в общем-то, человек, и глупость была превращена в догму.)

Каждая судьба трагична в самом глубинном смысле этого слова у того, кто не проникает в суть жизни, но лишь скользит по ее поверхности.

В совершенствовании человека — смысл жизни…

Рената: А в чём смысл жизни?

Земфира: Какой смысл жизни? Откуда я знаю? Ты знаешь? Я нет.

Рената: Я его ищу...

Земфира: Ну вот и ищи! Найдёшь — сообщишь.

— Ты ее любишь?

— Да.

— Откуда ты знаешь?

— Пап, я не…

— Это простой вопрос. Откуда ты знаешь?

— Без нее жизнь теряет смысл.

Когда Левин думал, что он такое и для чего он живет, он не находил ответа и приходил в отчаянье; но когда он переставал спрашивать себя об этом, он как будто знал, что он такое и определенно действовал и жил.

Жизнь, если считать, что она не имеет никакого значения и цели, должна прежде всего доказать, что не зовёт к самоубийству.

Фландерс, тебе шестьдесят лет, а ты не прожил ни одного дня.