семья

Было разве, что ощущение, совсем не оригинальное — что the future is now, что «надо что-то делать», надо заново учиться людям жить вместе, чуть не с нуля, потому что воспроизводство и хозяйство уже не работают как клей для семьи.

Я не люблю семью. Мы рождаемся в семье, но это не значит, что мы должны быть прикованы к ней навсегда.

Как мне повезло, думает он — потому что он привык во всем соревноваться со сверстниками и вел вечный счет, — я самый везучий из нас. Но никогда ему не думалось, что он этого не заслуживает или что надо больше трудиться, чтобы выразить свою благодарность; его семья счастлива, если он счастлив, и, значит, единственное его обязательство — быть счастливым, жить так, как хочется, делать все по-своему.

— Странно так. Вроде бы у меня там все есть, но в то же время ничего не держит...

Заставить женщину подчиняться можно только силой. Запугать, посадить на цепь. Многие, кстати, так и делают. Но это приводит к ужасным отношениям. Мужчина просто уходит в себя, зазнается, жену ни во что не посвящает. Зачем, раз она ему уже и так подчиняется. И все заканчивается. Чувства куда-то уходят. Мне кажется, что семья — это труд. Ну как дерево посадить.

В семье, где люди умеют договариваться, всегда есть шанс на продолжение игры.

Хорошо быть семейным: ты крутишь фарш, она лепит пельмени. Идиллия. Совсем другое дело одиноким: она крутит хвостом, ты лепишь горбатого, а пельмени ждут вас в ближайшем ночном магазине, если дело до них дойдет.

Вы не семья, а просто соседи! В наше время слово «узы» потеряло своё значение. Думаете, они появляются сами собой? Общайтесь посредством слов, прикосновений, взглядов, душевных порывов. Поделитесь наконец своими ощущениями. Только так построите узы. «Семье слова не нужны», экстрасенсами себя возомнили?

Все тянется издавна — от наших отцов и матерей и еще дальше, от дедов и прадедов. Мы марионетки в руках тех, кто жил до нас, а когда-нибудь наши дети запляшут на нитках, натянутых нами.