самомнение

— Как ты попал на борт? Трансматизация? Кто прислал тебя?

— Доктор... это мой отец.

— Ну, честно говоря, это возмутительно. Что? Ты думаешь, что можешь взять своего отца без моего разрешения?! Я не таксист!

— Ты материализовался вокруг нас!

— О, тогда все нормально, моя ошибка.

— На самом деле я терпеть не могу самомнение человека, считающего себя венцом творения и верхом совершенства. Заметьте, это он сам себя так возвеличил, а между тем он гораздо жесточе тех живых существ, которые едят, чтобы насытиться, а не для того, чтобы ещё и мучить. Так вот я жалею животных, потому что мы вырвали их из среды, втянули в свою жизнь и сделали беспомощными, зависимыми от нас, и ещё предъявляем к ним какие-то претензии. Да мне их элементарно жалко, и это чувство сродни тем, которые испытывают всякие бедные старушки, которые держат вокруг себя по двенадцать кошек и кормят их.

— Кира Георгиевна, по-вашему, человек становится лучше в процессе эволюции? [Нина Катаева]

— Да ни в коей мере, с чего бы это: чем выше взлетит, тем ниже брякнется. Обычно с первобытным обществом сравнивают нашу жизнь, но я, простите, не понимаю, чем те люди были хуже нас. А компьютеры им были просто не нужны.

Всякая вонь, сражающаяся с вентилятором, мнит себя Дон Кихотом.

Узнать,

что тебя обманули, что совершенно

о тебе позабыли или — наоборот -

что тебя до сих пор ненавидят — крайне

неприятно. Но воображать себя

центром даже невзрачного мирозданья

непристойно и невыносимо.

Напрасно думать, будто резкий тон

Есть признак прямодушия и силы.

В основе тут отсутствие манер.

Напротив, самомненье и бахвальство

Не могут делать чести никому.

Для подданных слово его было непререкаемо, потому что, обладая огромным богатством, он не нуждался в том, чтобы подкреплять своё мнение доказательствами.

Главная цель нашего существования — это примирить наше блестящее мнение о себе самих с теми ужасными вещами, которые думают о нас другие.

Друзья, совсем недавно произошло страшное событие — Филипп Киркоров узнал, что самая яркая звезда — это Сириус, а не Филипп Киркоров.

И вот появляется какая-то девятнадцатилетняя студентка последнего курса, заслуживающая в лучшем случае нижайшую вторую степень отличия, и думает, что ее точка зрения заслуживает внимания, что она важна, потому что у нее смазливое личико и богом данная задница.