Какой-то тип явился неизвестно откуда... даже платья пристойного на нем нет... а его накачивают нашим лучшим вином и нафаршировывают нашим лучшим гусиным паштетом! Да кто он такой?
еда
Cлайд с цитатой— На данный момент это самый вкусный опытный образец за всё время.
— «Опытный образец»?!
— Это лучший рецепт моей покойной жены. Я экспериментировал, чтобы воспроизвести тот самый вкус. И вот это он, мои старания увенчались успехом. Основа этого борща... какао-порошок и соевая паста.
— Что?
— Какао-порошок и соевая паста!
— Это точно борщ?!
— Да. Без этих компонентов он не получится. Прошу, попробуйте, капитан.
— Пппреввосходноо..!
— Отлично... Да. Оно. Как вкусно.
— Это — вкусно?!
— Да. Все как готовила моя жена. Из-за моих обязанностей я редко появлялся дома, поэтому она часто сердилась на меня. Но каждый раз, когда я возвращался с задания, она просто готовила этот борщ. И каждый раз, когда я говорил «вкусно», она говорила «не верю», и... Нет, не будем о прошлом.
— Это больше похоже на попытку выместить свою злобу...
— Что?
— Нет, ничего!
— Понятно. Что ж, кушайте, не стесняйтесь. Я сделал на пятерых.
— Теперь я понимаю, почему Сагара отказался!..
— Мама заставляет меня есть много овощей, особенно броколли.
— Я ем в основном сладости и никогда не болею... Слушай, как только человек заболевает, он начинает есть овощи. Значит, единственный выход — не есть их!!
Чтобы мы видели, сколько мы переедаем, наш живот расположен на той же стороне, что и глаза.
Аристотеля спросили:
— Чем ты отличаешься от большинства людей?
— Они живут для того, чтобы есть, я же ем для того, чтобы жить, — ответил философ.
— Ты что-то особенное увидела, Жанлин?
— Не что-то, а кого-то.
— Ух ты! Готовишься к какому-то торжеству, да?
— Не к торжеству, а к романтическому ужину на двоих. Потом, конечно, будет свадебное торжество, и какое!..
— Серьёзно?! Не знал, что ты влюблена! Ну и кто этот счастливец?
— Ну, мы начнём с голубиного жаркого, потом я подам жареного единорога на кости, а затем будут запечёные тараканы.
— Потрясающе! Обожаю мясо единорога! Классно!
— Это-то я знаю, поэтому и готовлю. Здесь как раз две порции: мне... и тебе.
— Это лев или бегемот?
— По-моему, лев.
— А на вкус как бегемот. Печенья со зверюшками?
— Нет, спасибо.
— Урра! Отлично сработано, ребятки. Давайте завтра не придем? Возьмем отгул на денек? Вы пробовали шаурму? В двух кварталах отсюда делают какую-то шаурму. Не знаю, что это, но мне хочется.
Я ем капусту и морковь, черт побери, ем лук, репу и редиску, — ем потому, что пришлось к этому привыкнуть, даже найти в них вкус, и потому что ничто другое не растет; но ведь это же еда для кроликов и коз, как трава и клевер — еда для коров и лошадей! Когда я вижу колосья зрелой пшеницы в поле, то не сомневаюсь, что все это выращено землей для воробьиных и ласточкиных клювов, а никак не для моего рта. Стало быть, когда я жую хлеб, то обкрадываю птиц, а когда ем курицу, то обкрадываю лисиц и ласок. Разве перепелка, голубь и куропатка не естественная добыча для ястреба? И ведь баран, козел или бык — скорее пища для крупных хищников, чем то жирное мясо, которое нам подают зажаренным, с трюфелями, специально для нас вырытыми из земли свиньей.
Когда в его полость поступает комок пищи, пищевод расширяется и следом за комком снова смыкается, за счет чего движение может осуществляться только в одну сторону. Этот процесс происходит автоматически, и, даже стоя на голове или лежа на диване, мы все равно можем глотать. Наш торт и в этом случае будет продвигаться в направлении желудка, невзирая на силу земного притяжения.
- « первая
- ‹ предыдущая
- …
- 76
- 77
- 78
- 79
- 80
- 81
- 82
- 83
- 84
- следующая ›
- последняя »