доверие

Доверять другим. Помогать и поддерживать. Многие бы сказали, что так и надо. Но это просто идеализм. В реальной жизни всё сваливается на кого-то одного.

Будь готов к предательству любого из своих людей, но особенно того, кому ты доверяешь больше всех.

— Их нет, Соуп. Шепард убил всех.

— Шепард нас предал.

— Предают тех, кто доверяет... Я никому не верю.

А ещё я знаю, что хотим мы оба, но ни шагу друг к другу. Любовь какая-то. И надо рассказать об этом кому угодно, только не тебе. Есть ещё: запретить себе думать над мотивами, призрачно надеяться, что ты умираешь, что любишь, что ждёшь меня где-нибудь, и готовиться ударить тебя ещё раз, если всё-таки встретимся в этом. Всю навевающую легкую безнадёжность музыку привязывать к тебе; а легкая — как раз из-за надежды. А безнадёжность — от глупых принципов… — да от самой жизни такой, а мы живём своей каждый. Мы следуем. Оставляем неповторимое своё — следы, без «вдвоём», совсем несолёный ночной суп, если бы мы умели готовить. А потом это выльется в кто кого переживёт, да только не к победе стремимся, а то следы собственные, разлучные — исчезнут. Бессмысленными станут — обретут свою всамделишную сущность. Да глупо всё это. Нет, мы не найдём похожее дыхание в других, и не стоит пытаться даже, но здесь важен сам процесс несмирения, твёрдости, необходимой жестокости уметь ставить точки. Не думаю, что это то, чем мы должны жить с тобой, не думаю… Смелость не в этом.

Разница в том, что все люди, которым мы доверяем — наши друзья поневоле. И мы оба знаем, что доверяем друг другу — доверились бы! — и ни черта, и начинаем изменять маршрут до дома и частоту вещания. И даже это — несознательное «найди меня всё равно». «Найди меня». Я раз в полгода вбиваю это в поисковик — найди меня, в ожидании узнать, что есть ещё такие же; ан нет. Мы единственные. У нас одних такие фразы, и у обоих — исключительно в строке поиска.

Обновить.

Давай мы будем ждать нас будущими вместе не порознь, а вдвоём. Не будет следующей жизни. Мы же не умрём, помнишь? Никогда. Окончания — они нервные. Ладони: они ладят, чувства — чутьё в (на) стоящем. И когда я прихожу, тяну к тебе себя и говорю: — На! — это на-стоящее. Просто на-чало слова. На.

Через слёзы «что ты делаешь со мной?..» — это от настоящего. Мы даже сейчас что-то делаем друг с другом, ты и я, и будь я проклят, если это не так. Признай меня, признай мне право жить, зачем ты загоняешь меня в городские подворотни? Теперь я старше — видишь, это я тебе объясняю, хочу поддержать, поднимись ко мне на этаж. Ты же знаешь — когда я ждал тебя, то не запирал дверь. Я отпущу замок, а ты откроешь. Всё делается вместе, это так и происходит в мире — поодиночке не добьёмся.

Однако почему-то поэтично: чем безответней — тем прекрасней...

Но. С тобой много больше.

Никому нельзя доверять, всё приходится делать самому!

Полагаться на других — есть слабость для сильных, но сила для слабых. Мудрость и баланс лежат в понимании собственной природы.

Ты всегда рискуешь, когда решаешь довериться.

Уважение надо заслужить, доверие — завоевать, славы — добиться... и только ненависть и зависть обычно достаются без труда.

— Когда я говорю, что не доверяю, это не значит, что одному только тебе. Я вообще не доверяю людям.

— Значит, вы не доверяете и вашей супруге?

— Я не доверяю самому себе. И если я не могу доверять даже себе самому, как же я могу доверить кому бы то ни было?

— Если вы такого мнения, то кто угодно... надёжных людей вообще нет?

— Это вовсе не мнение... Я это испытал. Испытал и был поражён. И мне стало страшно.