— У Вас и дети имеются?
— Да, штук шесть или пять, точно не помню!
Когда я был ребёнком, я везде бегал. Разве дети сейчас так делают?.. Я не думаю, что я ходил до того, как мне стукнуло 14. Я везде бегал. И это был не бег трусцой. Я бежал, сломя голову. Все мои приятели тоже бегали, поэтому все наши разговоры, когда я был мальчишкой, длились примерно полсекунды. Это были 60-70-е, когда я был ребёнком. И это было хорошее время для детей. Не было этих историй про педофилов в газетах и тому подобного. Они были поблизости, но просто не могли нас поймать.
Мы все считаем, что полюбим свое дитя, каким бы оно ни родилось, и боимся признать, что понимания может не хватить.
Быть родителем весьма интересно, не так ли? Стремясь защитить наших детей, мы можем пойти на что угодно.
Я очень ценю свои отношения с дочерью. Это правда. Для меня материнство — часть моей жизненной реализации. И в этом, я думаю, доля успеха. Когда ты чувствуешь ребёнка, и если видишь и слышишь, что ему в данный момент нужна твоя помощь и поддержка, ты оказываешься рядом. Дети растут, с каждым годом моментов, в которых вы «рядом» становиться всё меньше и меньше. Если у ребёнка было достаточно опыта родительской поддержки и принятия в раннем и дошкольном детстве (если в жизни ребёнка не было сильных травмирующих ситуаций), в подростковый период родители будут радоваться умению ребёнка справляться со своими проблемами и возможному приглашению к обсуждению спорных вопросов.