— Из материалов дела: Алёна о своей бабушке: например, я кладу себе еду, бабушка подходит и говорит: «Как много ты себе положила!» После этого я перестаю хотеть есть. Она постоянно меня критикует. То я толстая — хватит есть, то слишком худая — иди поешь. Что же говорить о педагогах и преподавателях, если в семье бабушка так относится. А я подчеркну: бабушка, на секунду, детский психолог.
— Ну да, детский психолог, значит знает, как профессионально сломать мозги ребёнку.
Между булимиками и анорексиками вражда. Булимики думают, что им уделяют не достаточно внимания.
Я моюсь много раз на дню. Я не люблю ощущение липкости, возникающее на коже в течение дня. Мне кажется, что жир просочится внутрь тела, и я потолстею.
Я моюсь много раз на дню. Я не люблю ощущение липкости, возникающее на коже в течение дня. Мне кажется, что жир просочится внутрь тела, и я потолстею.
Я хочу домой, в моё царство еды и отказа от еды. Там я могу спокойно тиранствовать, а это приносит мне облегчение. Там я могу забыть об отчаянии, почить на своих фальшивых лаврах, распространять вокруг себя тревогу и отказываться нести за это ответственность.
Анорексия — это не игра, не клуб, к членам которого можно присоединиться. Только тогда, когда ею заболеваешь, осознаешь, какие несчастия, страдания и опасности несет с собой эта болезнь.
Я была козлом отпущения. СМИ хотели переложить ответственность на чьи-то плечи, и была выбрана я. Они считали, что могут писать всё, что их душе угодно, что «худая» значит «анорексичка». Это смехотворно.
Cлайд с цитатой