— А я осталась одна. И однажды я тоже буду так же больна, и никого не будет рядом, когда придёт время...
— Я убью тебя... Когда придёт время. Если захочешь.. Можно и сейчас, если что. Кажется, у меня тут была бейсбольная бита.
— А я осталась одна. И однажды я тоже буду так же больна, и никого не будет рядом, когда придёт время...
— Я убью тебя... Когда придёт время. Если захочешь.. Можно и сейчас, если что. Кажется, у меня тут была бейсбольная бита.
— Думаешь, я хочу, чтобы весь мир видел, как ты пялишься на мою задницу и критикуешь мой гардероб?
— А было бы лучше, если бы я пялился на твой гардероб и критиковал твою задницу?
— Неужели ты думаешь, что она тебя бросит из-за того что ты не занимаешься йогой и не слушаешь Bififtitu!??
— Не сразу. Будут ссоры — примирительный секс. Ссоры — редкий секс. А потом она меня бросит. Ну и возможно будет секс на прощанье.
— Нужно ей немного помочь, объяснить, как общаться с Хаусом.
— И зачем мне это? Развлекательный момент налицо. Забавно смотреть, как кролик прыгает на циркулярку. Снова. И снова.
— В мире миллион больных людей, почему я должен лечить этого?
— Потому что этот лежит в нашей больничной палате.
— Я ждала тебя в своём кабинете 20 минут назад.
— Правда? А то я не собирался быть в твоём кабинете 20 минут назад.
— То есть, говорить нам не о чём?
— Да нет, просто в голову не идёт ни одна интересная тема.
— Это видишь? Вместо толчка поставлю ей биде. Именно «вместо», а не «плюс к». А хочешь знать, что стало с толчком?
— Она будет с тобой там, где ты якобы не хочешь её видеть...
— Я разбил его. Вдребезги. Кувалдой.
— Кажется, в каких-то древних культурах разбить толчок означало предложить руку и сердце.