Давным-давно / Однажды в сказке (Once upon a time)

Сейчас ты у нас самая главная трудяга. Ты даешь жизнь новому человеку.

— И дальше что? Допросим коров, что дают ей молоко? Обыщем вафельную фабрику?

— Посмотрите, морозильник заперт. Боится, что украдут крем-брюле?

Невозможно возвратить любовь. Она сама по себе волшебство, и лишь ее магия мне не подвластна. Кто раскрыл ее тайну, сможет править всем миром.

— Она верит, что ты изменишься.

— И я люблю ее за это. Но боюсь, она заблуждается. Зато тебе меняться не нужно. Ты всегда поступаешь, как должно.

— Чем власть плоха? В умелых руках она благо. Тем более теперь, когда я,... когда мы,... мы получим все.

— Я всего-то хотела стать единственной. Я... Я пыталась стать для тебя целым миром, но не смогла, и я запуталась, помогая тебе обрести себя. Но это в прошлом.

— Прошу тебя, я все исправлю. Вспомни, однажды я сумел стать другим.

— Боюсь, не сумел.

— Белль.

— Нет. Слишком поздно. Раньше я видела в чудовище человека, теперь только чудовище.

— Откуда у вас такой нечеловеческий оптимизм?

— У нас только так.

— Как? С тех пор, как вы обрели память и снова стали принцем и Белоснежкой, у вас не жизнь, а сплошной кошмар.

— Нет. Мы обрели дочь.

– После всего, что я сделала… я действительно не заслуживаю любви.

– Видишь ли, я привык думать так же. А потом я понял, что прятаться за чувство вины – это решение труса.

Ты пошёл на сделку, которую толком не понял. Впредь будешь осмотрительнее...