Мисс Петтигрю (Miss Pettigrew Lives for a Day)

— Ты знаешь мое имя, Гвиневра?

— У меня сложилось впечатление, что вас зовут Делисия ЛаФосс.

— Сара Грабб. Из семьи Грабб, из Питтсбурга. Мой отец сталевар. Никто этого не знает, кроме Майкла и он не осуждает меня. Это все, что у меня есть, Гвиневра. Ну, может, еще две дюжины пар туфель. Со всеми этими роскошными квартирами, показами мод, я никогда не была так близка к обладанию абсолютно ничем. Каждый день я просыпаюсь и думаю, стоит мне сделать один неверный шаг и я могу оказаться на одной из этих улиц, без одежды, без еды, без работы. Без друзей. Стану снова обычной Сарой Грабб. Ты знаешь, на что это похоже?

— Да, я знаю.

— Знаешь?

— По крайней мере, в этом мы похожи.

Не все приходит к нам тогда, когда мы этого хотим. В жизни есть моменты, когда нужно сделать выбор или ты проигрываешь по всем статьям.

— Ты потеряла человека, который любит вас за то, какой вы есть, а не за то, какой вы притворяетесь.

— А ты, кто ты такая, чтобы говорить мне, какой выбор сделать, а какой нет?

— Я никто.

— По всей видимости — эксперт в любви.

— Нет. У меня никого нет. Я не эксперт в любви, я эксперт по отсутствию любви, Делисия. Я знаю, что такое жизнь без любви, и это та судьба, от которой я так ревностно желаю вас уберечь.

Обиженная женщина — это очень опасно. А разбитое сердце часто слишком жестоко.

— «Газ — невидимый убийца. Всегда носите с собой противогаз».

— Это так ужасно...

— Да, короткие рукава — жуть какая-то. Хотя расцветка симпатичная.

Пожалуйста, не надо жалости. До этих пор я весьма хорошо все это выдерживала.

— У тебя не было никаких других гостей?

— Нет, милый, только мы девочки, вместе.

— А с каких это пор девочки курят сигары? Ответь-ка мне на это.

— Если я хочу курить сигары, то черт побери, я буду курить сигары и к дьяволу ваше мнение.

— Да врежь же ты ему!

— Что!?

— Я же пианист, черт побери, я же мог сломать себе пальцы!

— Рад встрече. Я Фил Голдманн.

— Вообще-то мы уже встречались сегодня утром, вы еще тогда были полностью голым.

— Но, как же кабаре, твоя игра и мой голос — мы лучшие в Лондоне.

— Так значит, станем лучшими в Нью-Йорке.