Тибор Фишер

Кругом столько вранья. Столько неправды.... Это сплошная война. Конечно, людей не убивают в открытую прямо на улицах и не распихивают их тела по канавам — видимость приличий все-таки соблюдается. Грабежи, мародерство и массовая резня, как правило, происходят за закрытыми дверьми и ставнями, в укромных местах, куда не заглядывают посторонние. Но от этого они не становятся менее жестокими. Правда была ужасной. От нее плохо пахло. Как в плохих боевиках: если ты узнаешь правду, тебе затыкают рот. Или как в жизни: как только ты начинаешь въезжать, что происходит на самом деле, ты сам себе затыкаешь рот. Навсегда. Мертвые не болтают.

Если высокая женщина и низкорослый мужчина вместе, это значит одно из двух: либо женщина очень одинока, либо мужчина очень знаменит.

Женщины лучше мужчин. Они переживают по пустякам, из-за затяжек на чулках, тяжелых чемоданов, пьяных ирландцев в общественном транспорте, они боятся пауков и мышей, но когда дело касается чего-то по-настоящему страшного, они действуют решительно и хладнокровно.

Я вполне разделяю ту точку зрения, что у каждого за спиной есть книга, которую он мог создать.

Религия? Претенциозное кривляние!

Очень редко, но со мной такое бывает. Я вдруг догадываюсь: то, что мне сейчас говорят, – истинный смысл сказанного я пойму очень не скоро. Порой, чтобы понять сказанное, нужно десять, двадцать лет – и только потом тебе откроется внутреннее значение этих слов. Часто – совсем невинных слов, прозаичных, серых, однако эти слова вонзаются в сознание, как заноза, и проходят годы, прежде чем ты обнаружишь за ними некое тайное значение, некое сообщение, точно так же, как это бывает с иными высказываниями великих.

Ныне вы можете потратить всю свою жизнь, выясняя, с чего начать.

... Ложь, какой бы неуклюжей, какой бы беззастенчивой она ни была, — ложь всегда требует усилия. У правды есть одно достоинство, почему я и рекомендую говорить правду: вам нет нужды продумывать каждую мелочь.

Худшее из состояний – чувство ответственности. Внезапно меня осенило, что по сравнению с этим все остальное кажется блаженством.