Сидни Шелдон

Они ей заплатят. Каждый. Трейси не представляла, как ей удастся отомстить. Но не сомневалась, что месть свершится. «Завтра, — думала она. — Если наступит завтра».

— К кому мне обратиться, чтобы выдали чистый матрац? — спросила она.

— Ко Всевышнему. Вот только Он что-то давненько сюда не заглядывал.

— Но вы-то, мне верите?

— Верю, — улыбнулся Перри Поуп. — Все было сделано настолько по-идиотски, что похоже на правду.

Вскоре Трейси поняла, почему говорили не «сесть в тюрьму», а «сходить в колледж». Заключение давало немалое образование, но оно ничуть не походило на общепринятое. Тюрьма была набита специалистками по любым типам преступлений. Они обменивались опытом, как лучше смошенничать, стянуть что-либо в магазине, объегорить пьяного. Посвящали друг друга в тонкости шантажа и делились последними сведениями о стукачах и подсадках.

Если ты его любила, как же ты могла спать с другими мужчинами?

В любой опасной ситуации, Анджели, перед каждым из нас три пути: удрать, пойти на компромисс или напасть самому.

И вот началась сказка. Она разворачивалась постепенно. На сцену раскованным шагом вышли исполнители. На женщинах были яркие юбки, блузки и цветы в живописных, высоких андалузских прическах. На мужчинах — традиционные облегающие брюки, жилеты и сияющие полусапожки из конской кожи. Гитарист повел грустную мелодию, а одна из сидящих женщин запела. Танцовщица вышла на середину сцены и начала с простого zapateado — принялась печатать шаги, но постепенно ритм гитарной мелодии учащался и темп танца возрастал, пока не достиг чувственного неистовства — нечто подобное в незапамятные времена рождалось в древних цыганских шатрах.

Никогда не стоит жалеть о сделанном, если уверен в собственной правоте.

Ты особенная, любовь моя. Жизнь интереснее, когда ты рядом.