Процесс внимания состоит из трех действий, говорил Косолапый. Первое действие: держать объект, второе — притягивать к себе, третье — мысленно проникать в него.
Шимун Врочек
Cлайд с цитатой— Похоже, ты действительно немного расист, а, Убер?
— А ты сомневался?
— А как же Киплинг?
— Он умер.
Побил кулаками подушку и уткнулся в нее лицом. Внезапно его накрыл холодный озноб. Вдруг я сейчас проснусь, а их нет? — подумал Иван, но упрямо продолжал лежать лицом в шершавую душную ткань, пахнущую застарелым потом.
— Что это с ним? — спросил голос Убера.
— А он всегда такой был, — Косолапый громко зевнул. — Не обращай внимания. А вот эту слышал?
— Отличная песня.
— Вот. Ты следующую послушай... ага, вот.
Меломаны, твою мать, подумал Иван, против воли улыбаясь. Подушка почему-то стала мокрой. Пахла сыростью и уютом.
Врагов вообще надо холить и лелеять, не забывая время от времени уничтожать. Враги сделают из тебя быстрого и умного человека, не пропустят ни одной твоей промашки или слабости.
— Грибница — это же готовый коллективный разум, связывающий тысячи и тысячи грибов в единое целое. И знаешь, что самое жуткое?
— Что?
— Мы ни хрена не знаем, о чем они думают.
Человек может долго обходиться без многого: без еды, даже воды, но без света он просто ложиться и ждёт смерти, словно темнота высасывает из него последние силы.
Она пахнет бедой. Она пахнет жизнью, чистотой и яростью. Она пахнет юностью, длинными ногами под платьем, ступающими по земле упруго и нежно.
Она проходит мимо меня, я снова чувствую этот запах. Запах мокрой воды и тревоги. Запах беды.
Она пахнет молодостью, мокрой травой и смехом в ночи. Она пахнет сероглазым взглядом, обжигающим нутро. Она пахнет лепестками роз.
Она пахнет бедой.
Когда она уходит, я все еще чувствую этот аромат. Так пахнет беда.
— Брат?
— Брат, — подтвердил Убер.
— Я же черный, ты забыл? — сказал ***ла, попытался подняться.
Скинхед мягко усадил его обратно.
— Да какой ты черный! — Уберфюрер с досадой махнул рукой. Достал бинт и марлю из сумки, начал вытаскивать резиновый жгут. — Никакой ты, нафиг, не черный...
— Правда? — удивился ***ла. — А какой же?
— Загорелый... блин. И то слегка. А так человек человеком.
— Вот ведь... — ***ла слабо улыбнулся. Бледное лицо на глазах теряло краски. — Неопределившийся ты элемент, Убер... Неус... — он задохнулся. — Неустойчивый...