Маргарет Этвуд

Если вы оказались в нелепой ситуации, из которой нельзя выйти с честью, притворитесь, что именно этого вы и хотели.

— ... Люди воображают собственную смерть, чувствуют её приближение, и одна мысль о её неизбежности становится афродизиаком. Собаки или кролики ведут себя иначе. Или птицы, к примеру, — в неурожайные годы откладывают меньше яиц или вообще не спариваются. Всю энергию тратят на то, чтоб остаться в живых и дождаться более благоприятных времен. А человек надеется оставить свою душу в ком-то другом, в новой версии себя, и жить вечно.

— Значит, мы обречены, потому что надеемся?

— Можно назвать это надеждой. А можно отчаянием.

Когда миловидная женщина входит в дверь, здравый смысл улетучивается в окно.

Жизнь моя имела тенденцию изгибаться, ветвиться и выпячиваться — так часто бывает, когда следуешь по пути наименьшего сопротивления.

Хочешь быть уродом — пожалуйста, у нас свободная страна. Миллионы людей до тебя сделали такой же выбор.

— Рано или поздно мы доберемся до сути.

— Я надеюсь, сэр, — слабо говорит она. — Мне бы стало намного легче, если бы я наконец узнала всю правду.

Когда миловидная женщина входит в дверь, здравый смысл улетучивается в окно.

Жизнь моя имела тенденцию изгибаться, ветвиться и выпячиваться — так часто бывает, когда следуешь по пути наименьшего сопротивления.

Хочешь быть уродом — пожалуйста, у нас свободная страна. Миллионы людей до тебя сделали такой же выбор.

— Рано или поздно мы доберемся до сути.

— Я надеюсь, сэр, — слабо говорит она. — Мне бы стало намного легче, если бы я наконец узнала всю правду.