Что ж мы смертью зовем. То, чему нет возврата!
Божья любовь с земной — как океан с приливом:
бегство во тьму второй — знак отступленья первой!
Что ж мы смертью зовем. То, чему нет возврата!
Божья любовь с земной — как океан с приливом:
бегство во тьму второй — знак отступленья первой!
Дай же мне сил вселить смятый клочок бумажный
в души, чьих тел еще в мире нигде не встретить.
Прежде, чем я дойду, может звезда остынуть.
Будто твоя любовь, как и любовь земная,
может уйти во тьму, может меня покинуть.
Жизнь, словно крик ворон, бьющий крылом окрестность,
поиск скрывшихся мест в милых сердцах с успехом.
Жизнь — возвращенье слов, для повторенья местность
и на горчайший зов — все же ответ: хоть эхом.
... Все тает — тебя здесь не бывало вовсе.
Просто всего лишь снег, мною не сбитый плотно.
Просто здесь образ твой входит к безумью в гости.
И отбегает вспять — память всегда бесплотна.
Боже, услышь мольбу: дай мне взлететь над горем
выше моей любви, выше стенанья, крика.
Звонки, гудки, свистки, дела,
в конце всего — погост,
и смерть пришла, и жизнь пошла
под чей-то длинный хвост.
Есть на свете только одна страшная беда – смерть. Все остальное обратимо. Со всем остальным можно бороться.
Тот для пенья рожден,
Кто от любви умирает.
Тот рожден для любви,
Кто умирает в пенье.
Кто рожден для пения, тот -
И умирая, поет.
Кто для любви родился,
От любви и умрет.
В пустыне в песках догнивают одни,
Плaмя костров поглотило других.
Поняли всю бесполезность войны
Те, кто случaйно остaлись в живых.