— Думаешь, здесь безопасно ночевать?
— Если бы ты думала о безопасности, то осталась бы в Колорадо — продавать туристам лыжи и рубашки.
— Думаешь, здесь безопасно ночевать?
— Если бы ты думала о безопасности, то осталась бы в Колорадо — продавать туристам лыжи и рубашки.
— Я всегда говорил — безопасность у вас паршивая.
— Просто никому в голову не приходило заявиться сюда и провернуть такой фокус, большие у тебя яйца, Люк.
— Сам удивляюсь, как не падаю.
— Здесь безопасно? Кто ещё знает об этом месте?
— Безопасных мест не бывает, полковник. Даже в гробу. Там тебя всегда найдут черви...
Камер нет, патрулей нет, собак нет. На национальную безопасность тратятся миллиарды, и что, всего один чахлый забор? Вот вам и война с терроризмом.
Конному всаднику. С лошадью следует обращаться как с женой: надо делать вид, что ты ей доверяешь.
В раннем пробуждении, особенно после того, как поздно лёг спать, есть определённая прелесть. Есть это офигенное чувство, что вроде только что глаза закрыл — опа, а уже вставать. После такого пробуждения ты ощущаешь себя Буратино — глазами хлопаешь, двигаешься рывками, в голове ветер свистит, виски деревянные и мысли коротенькие-коротенькие.
— Фиксирую впереди нас остатки мощной энергии. Я думаю, это ловушка.
— Эй, да что может случиться?
— Что такое, людишки? Нервы сдают? Я вас жду.
— Куда он всё время убегает? Мы его чем-то обидели?
— Паразиты! Сколько вас надо уничтожить, чтобы вы знали своё место?