Брак — как хорошее здоровье: иногда ему легкомысленно вредят и всегда принимают как должное, иначе какой в нем толк.
Правда в том, что все мы иногда раним кого-нибудь, но это не делает нас исчадиями ада. Скорее уж это делает нас людьми.
Брак — как хорошее здоровье: иногда ему легкомысленно вредят и всегда принимают как должное, иначе какой в нем толк.
Правда в том, что все мы иногда раним кого-нибудь, но это не делает нас исчадиями ада. Скорее уж это делает нас людьми.
Насколько проще жить, когда искренне веришь, что школьные познания позволяют с апломбом судить обо всем на свете.
... рано или поздно нам всем приходится увидеть жизнь такой, какова она есть, а не такой, какой мы бы хотели ее видеть.
Ты хочешь извлечь идею из стиха, как орешек из скорлупы, и посмотреть, «доброкачественная» она или нет. Но если бы поэт хотел сказать только то, что можно выразить одним предложением, он не стал бы писать стихи, он написал бы слоган.
— Заметила, какие книги она читает?
— Нет, — солгала Карла.
— Абсолютно идиотские! Хиромантия и диеты.
— Ну, мы любим людей не за то, какие книги они читают.
— Разве?
Нет — сердце по-прежнему гулко стучало. Ох уж это сердце! Все позакрывалось, выдохлось, и только оно никак не угомонится, последний бестактный гость на вечеринке, отказывающийся понять, что праздник кончился.
Брак — это когда твоя любимая девушка постепенно превращается сначала в командира, потом в коменданта гарнизона, а заканчивает начальником гауптвахты.
Брак — это союз между мужчиной, который не может спать при закрытом окне, и женщиной, которая не может спать при открытом окне.
— О, это же мое поющее кольцо! Одень его на палец.
— Ну хорошо, я его примерю... Ведь я не замужем?
— Это поправимо — нашему ребенку нужен отец.
— Я не собираюсь заводить детей!
— Слишком поздно...
Мне кажется, в наше время люди ждут от супружества слишком многого. Они ожидают совершенства. Каждая минута их брака должна быть блаженством. Но это встречается только в кинофильмах или телешоу. В жизни все иначе. Сара верно сказала: «Двадцать минут здесь, сорок минут там», а вместе эти минуты выливаются в нечто прекрасное. Трюк заключается в том, чтобы не посылать всё к черту, когда что-то не ладится. Нет ничего страшного ни в том, что супруги спорят, ни в том, что один другого беспокоит или понукает. В этом тоже проявляется их близость. Но радость, которую ты получаешь от этой самой близости, — то, что ты чувствуешь, когда смотришь на своих детей или, проснувшись утром, улыбаешься своей жене, и она улыбается тебе в ответ, — эта радость по нашей традиции и есть благословение. А люди об этом забывают.