Она без начала и без конца, и без светофоров.
Не широка и не узка, без пробок и заторов.
И здесь для всех един, закон простой один:
Живи так, как хочешь и дай жить другим!
Она без начала и без конца, и без светофоров.
Не широка и не узка, без пробок и заторов.
И здесь для всех един, закон простой один:
Живи так, как хочешь и дай жить другим!
Они так любят обсудить -
Как бы все взять и поделить?
И сообща определить -
Границы гетто!
Закрыть ворота для чужих,
Но кто они, чтоб слушать их?
Кто они все, чтоб слушать их?
Наши свободы больше не стоят ломаного гроша.
Всё, что мы можем — бегать по кругу, в спины друг другу дыша.
Ноль, ноль эмоций, бэби, чётко мимо цели.
Это — анестезия.
Соль, пот, кровь и слёзы в максимальных дозах.
Знаешь, как зацепить меня?
Эй! Затяни потуже, мне не будет хуже,
Я должен ощущать, синяки по коже.
Мы с тобой похожи.
Знаешь, чем меня можно взять?
Жить, гопники, холод, менты, запросто смогут они сделать короче мой и так собачий век.
«Быть, быть сильнее их всех», — сквозь зубы твержу я себе, бездомный, голодный, но тоже человек.
Я не соответствую бесконечным ярлыкам,
Развешанным тут и там.
Не играю по правилам тем, что нравятся вам!
Я не соответствую бесконечным ярлыкам,
Развешанным на меня,
Не играю по правилам…
Фамилия с именем,
Разрез глаз, возраст и пол,
Что именно сделал ты сам?
В чём для гордости повод нашёл?
Когда больше нет подростковой мечты,
Кого и чем ты сможешь согреть,
Я делаю шум, чтобы продолжать жить.
Я верю: тишина — это смерть,
Да-да-да, тишина — это смерть.