Люди объединяются речью. Слова же устанавливаются сообразно разумению толпы. Слова прямо насилуют разум, смешивают все и ведут людей к пустым и бесчисленным спорам и толкованиям.
Судьбы вещей поистине являются сестрами их природы.
Люди объединяются речью. Слова же устанавливаются сообразно разумению толпы. Слова прямо насилуют разум, смешивают все и ведут людей к пустым и бесчисленным спорам и толкованиям.
Человек, слуга и истолкователь природы, столько совершает и понимает, сколько постиг в ее порядке делом и размышлением, и свыше этого он не знает и не может.
Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.
Пока философы спорят, что является главным — добродетель или наслаждение, ищи средства обладать и тем, и другим.
Лучше знать то, что надо, и все же считать, что мы не знаем вполне, чем считать, что мы знаем вполне, и все же ничего не знать о том, что надо.
Люди верят, что их разум повелевает словами. Но бывает и так, что слова обращают свою силу против разума.
Конфуций должен был переезжать изгнанником с места на место. И его странственная колесница поставлена в храме вместе с его сочинениями и музыкальными инструментами. Не диво, ибо в основе учения Конфуция лежит та же община. Вспомним его учение: «Если любовью будут воспламенены сердца смертных, то весь свет будет наподобие одного семейства. Все люди будут представлять в себе одного человека, и все вещи, по причине удивительного взаимного порядка и союза, покажутся одним и тем же существом. Мы должны любить других, как самих себя, следовательно, должны желать им всего того, чего себе желаем». «Лицемерие есть порок ненавистнейший». «Тот, кто прикрывается одною внешностью добродетели, походит на злодея, который днем показывается честным человеком, а ночью занимается похищением имущества ближнего». «Мудрый ждет все от самого себя, ничтожество – все от других».