— Мне всё время кажется, что я не в то время родилась...
— А я — не в том пространстве.
— Я уезжаю.
— Далеко?
— Я совсем уезжаю.
— Подожди, Ира! Ира! Ну что ты творишь? Что ты творишь? Подожди, Ира. Ведь я же тебя люблю! Ты мне нужна, Ира! Ты мне нужна!
— Тебе? Почему вы все всегда думаете только о себе?
— А он надолго?
— Не думаю. Это ливень. Он долго не продержится.
— А если он никогда не кончится?
— Так не бывает. Никогда еще не было… Впрочем, однажды дождь лил сорок дней. Был такой случай…
— Когда?
— Давненько… Да, это было неплохое мероприятие. Все затопило водой, все, к чертовой матери. Весь мир. Спаслась только одна семейка… Разве ты никогда об этом не слышала?
— О чем?
— О потопе.
— Ах, об этом. Да, я знаю: Ноев ковчег, гора Арарат и что там еще?
— Все. Потоп, ковчег и Арарат. Все для того, чтобы начинать сначала. Ты знаешь, мне это подходит. Пусть льет сорок дней. Я не против.
Рагнара всегда любили больше меня. Мой отец. И моя мать. А после и Лагерта. Почему было мне не захотеть предать его? Почему было мне не захотеть крикнуть ему: «Посмотри, я тоже живой!» Быть живым — ничто. Неважно, что я делаю. Рагнар — мой отец, и моя мать, он Лагерта, он Сигги. Он — всё, что я не могу сделать, всё, чем я не могу стать. Я люблю его. Он мой брат. Он вернул мне меня. Но я так зол! Почему я так зол?
Однажды я был в баре со своим другом и сказал ему: «Мы превратились в тех самых 40-летних мужиков, на которых раньше смотрели и думали: «Как это грустно!»
Многие думают, что их время еще не пришло — а время незаметно и безвозвратно уже ушло!
Я охотно повторяла парадоксы, вроде фразы Оскара Уайльда: «Грех — это единственный яркий мазок, сохранившийся на полотне современной жизни». Я уверовала в эти слова, думаю, куда более безоговорочно, чем если бы применяла их на практике. Я считала, что моя жизнь должна строиться на этом девизе, вдохновляться им, рождаться из него как некий штамп наизнанку. Я не хотела принимать в расчет пустоты существования, его переменчивость, повседневные добрые чувства. В идеале я рисовала себе жизнь как сплошную цепь низостей и подлостей.
Город сошел с ума, люди куда-то спешат,
Медленно затвердевает моя душа.
Кухню наполнил дым тлеющих сигарет,
Еле слышны отголоски вчерашних побед.
Мне бы сейчас полетать над облаками,
В параллельный мир окунуться с головой,
Мне бы сейчас полетать, взмахнуть руками,
Но падать больнее всего.
Your voice is thunder
Pounding on my soul
My voice is rain
We're going under
Nothing will remain
We'll be the hurricane.
Cлайд с цитатой