— Меня зовут ВксртХлтлжвлплкц, — не без удовольствия сообщил демон.
— Слушай, а где ты был, когда гласные раздавали? За дверью стоял? — спросила нянюшка Ягг.
— Тут кого-то убили.
— О боги, — простонала нянюшка Ягг. — Надеюсь, не внутри круга?
— Нет. Что за глупые вопросы? Это случилось снаружи. Высокий мужчина. Одна нога короче другой. С бородой. Возможно, он был охотником.
— Но как? Как ты все это узнала?
— Я только что на него наступила.
— Никто не запретит мне отлупить эту наглую ящерицу!
— Лупи себе на здоровье. Но, может, все-таки не змеей?
Так, больше я повторять не буду. Или я сейчас же услышу звон монет, или вы услышите бульканье крови!
— ... Как зовутся эти твари, которых везде по сто штук?
Маграт была явно озадачена вопросом.
— Ты имеешь в виду проценты? — наконец сообразила она.
– Употребление мяса крайне тяжело сказывается на пищеварительной системе организма, – отбрила его Маграт. – Если бы человек мог заглянуть внутрь своей толстой кишки, его ужас не знал бы предела.
– Я бы, во всяком случае, точно испугался, – заметил Хьюл.
– Тут он абсолютно прав, – возразила матушка. – Убийство для нормального короля – самая естественная причина смерти. Я только не пойму, чего он так волнуется. Когда, к примеру, старика Фаргума отравили, так его голову на шест насадили, костры разожгли и всем замком гуляли, неделю не трезвели.
– Что теперь-то делать, командир?
– Что делать? Рас… да, рассредоточиться вокруг дома.
Солдаты с удвоенной осторожностью преодолели заросли. Оказавшись у поваленного ствола, сержант присел на корточки и прошептал:
– Отлично. Просто молодцы. Командира понимаете с полуслова. А теперь давайте живо рассредоточивайтесь… только на сей раз рассредоточивайтесь поодиночке.
— Но, может, нам еще удастся увидеться до моего отъезда?
— Я буду мыть голову, — холодно процедила Маграт.
— Когда?
— Всегда!
Так, больше я повторять не буду. Или я сейчас же услышу звон монет, или вы услышите бульканье крови!
Матушка развернулась и смерила суровым взглядом ворота замка, у которых тряслись двое стражников с белыми, как простыня, лицами. Матушка сделала несколько шагов и заставила одного из стражей окоченеть, пригвоздив его к месту немигающим взором.
– Я старая торговка, продаю яблоки из своего сада, зла никому не чиню, – пророкотала матушка так, словно была глашатаем, объявляющим в стане врага о начале войны. – Так что лучше пустите меня в замок подобру-поздорову.
Cлайд с цитатой