Спросите себя: будут ли все эти дела, все эти заботы важны через пятьдесят или сто лет?
Человеку, который не боится, ничто не причинит вреда, что бы ни случилось.
Спросите себя: будут ли все эти дела, все эти заботы важны через пятьдесят или сто лет?
Когда мы в духовном теле, мы неуязвимы. Нам не страшны трудности и болезни. Поэтому, когда дух должен получить урок, он облачается в тело из плоти и костей, тело, которое всего лишь одушевленный кусок протоплазмы, для того чтобы урок мог быть усвоен. На земле тело подобно марионетке, управляемой Сверх-Я через Серебряный Шнур.
Если вы постоянно убеждаете себя в том, что действуете себе на благо, — вы действуете себе на благо, но вы достигнете успеха, только если все время уверены в успехе и не позволяете вкрасться сомнению (негативной вере).
Жизнь — альбом. Человек — карандаш. Дела — ландшафт. Время — гумиэластик: и отскакивает и стирает.
Квинтэссенцией всего того, чему мы учимся на Земле, является то, что делает нас тем, чем мы собираемся быть в следующей жизни.
Вот так всегда и получается: вчера что-то разруливать было еще рано, завтра — будет поздно, а сегодня — некогда, ибо других, более насущных проблем выше крыши навалилось.
Мудр тот, кто с пользой располагает своим свободным временем, но еще более мудр тот, кто может привычную занятость наполнить дополнительным осмыслением.
Невозможно от души наслаждаться бездельем, если не обременён делами. Какая радость от ничегонеделания, если и заняться нечем? В таком случае потеря времени становится всего лишь работой, причем самой утомительной из всех возможных. Праздность, как и поцелуи, сладка, лишь когда предаешься ей украдкой.