— Эмили, ты должна мне срочно помочь!
Я ответила, не дожидаясь просьбы:
— Делай все время рукой вверх-вниз и справишься без меня.
— Эмили, ты должна мне срочно помочь!
Я ответила, не дожидаясь просьбы:
— Делай все время рукой вверх-вниз и справишься без меня.
– Тот, кто заказал пиццу, заслуживает моей вечной благодарности, – сказала я, засовывая кусок в рот. Элиас, сидевший напротив меня, с улыбкой сказал:
– Это был я.
– Ну, тогда я беру свои слова обратно, – ответила я.
– Хочешь увидеть, что ты сделала?
Он не стал дожидаться ответа, а просто задрал футболку, показывая свой невероятно привлекательный живот. Я следила за тем, как сантиметр за сантиметром обнажаются кубики пресса, и только когда его пальцы остановились на здоровенном синяке на ребрах, я сумела оторвать взгляд от его пресса.
– Вау! – сказала я, чувствуя гордость за дело своих рук.
В ответ Элиас улыбнулся.
– Да нет, я имел в виду синяк.
– Я тоже, придурок!
– Да, потом мы долго разговаривали, и он мне сказал, что слишком сильно в меня влюблен, поэтому не хотел торопить события.
Мы обе улыбались, как дурочки.
– А потом мы замерзли и поехали к нему домой.
– А теперь давай в подробностях! – воскликнула я.
– Фу! Вы, женщины, такие бестактные! – перебил нас Элиас.
– Кстати, Эмили, раз мы заговорили про любовь, – сказал Инго. – Как у тебя с этим дела? Сколько раз тебя на этой неделе звали замуж?
– На прошлой неделе я рассталась с молодым симпатичным наследником миллионного состояния, потому что у нас не хватало времени друг на друга. Я буду скучать по яхте, но что поделать, – сказала я и отпила вина, пока остальные тихонько смеялись. Даже Элиас улыбался, хотя, наверное, он просто хотел надо мной посмеяться. Но мне было все равно.
— И что бы произошло, если бы я переспала с ним?
— Тогда мы бы снова встретились на его похоронах.
— Фиксирую впереди нас остатки мощной энергии. Я думаю, это ловушка.
— Эй, да что может случиться?
— Что такое, людишки? Нервы сдают? Я вас жду.
— Куда он всё время убегает? Мы его чем-то обидели?
— Паразиты! Сколько вас надо уничтожить, чтобы вы знали своё место?
Он Алексей, но... Николаич
Он Николаич, но не Лев,
Он граф, но, честь и стыд презрев,
На псарне стал Подлай Подлаич.
— Чарли влюбился в меня, Патрик. Это так в его стиле.
— Да ладно, Чарли?
— Я стараюсь перестать.