Стивен Кинг. Тёмная половина

— Меня это не затрагивает, — сказал Алан. — Оно кончилось. И это все, что меня теперь может занимать, мистер Бомонт. Именно сейчас это единственная мысль во всем мире, которая меня как-то трахает.

0.00

Другие цитаты по теме

— Какая же ты тварь, — выдавил Алан. В данной ситуации это высказывание было не самым мудрым, и его самого удивила собственная злоба.

Старк тоже удивил его. Он рассмеялся.

— Никто меня сильно не любит, не так ли, шериф Алан?

— Да, — сказал Алан.

— Ну что ж, это ничего, я люблю себя за всех. В этом смысле я настоящий парень Новой Эры.

Это все равно, что быть единственным среди приглашенных на заседание Клуба плоской Земли, который верит, что Земля круглая.

Смешная вещь этот рассудок. Теряешь его незаметно и не понимаешь, что его уже нет. Понимание приходит потом, когда он возвращается, словно какая-то редкая птица, которая живет у тебя внутри и поет не по принуждению, а по собственной воле.

Спинка кресла перед Ричардсом сама по себе представляла для него откровение. В ней был кармашек с инструкцией по безопасности. В случае болтанки пристегнитесь ремнем. Если в салоне упадет давление, наденьте кислородную маску. Если забарахлит мотор, дополнительные инструкции можно получить от стюардессы. В случае неожиданной смерти при взрыве, надеемся, что у вас достаточно запломбированных зубов, чтобы облегчить опознание.

... иногда много думать — только извилины путать...

«Значит, ты не испытала еще радости материнства?» — спросил я ее.

«Собираюсь в июле, — сказала она. — Есть еще вопросы?»

«Да, — ответил я, — когда же ты изменила свое мнение о том, что рожать детей в этом говенном мире — аморально?»

«Когда я встретила человека, который оказался не говном», — ответила она и повесила трубку.

«Неплохие идеи» в ту пору часто двигали мной, а очень важные поступки могли совершаться из соображения «почему бы и нет».

Бактерицидных пластырей не было. Пластыри, подумал он, как легавые – когда они нужны, ни одного в округе.

— Смерть была для меня превыше всего долгое время.

— Вы, викинги, неисправимы! Вы появляетесь из утробы с одной мыслью — как умереть. А как же то, что в промежутке?