Семья — театр, где не случайно
у всех народов и времен
вход облегчённый чрезвычайно
а выход сильно затруднен.
0.00
Завел семью. Родились дети.
Скитаюсь в поисках монет.
Без женщин жить нельзя на свете,
А с ними – вовсе жизни нет.
Игорь Миронович Губерман
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойТому, что в семействе трещина,
всюду одна причина:
в жене пробудилась женщина,
в муже уснул мужчина.
— Иногда я просыпаюсь по утрам, почти ожидая увидеть рядом Лори, которая напомнит, чтобы я забрал Карла после школы или скажет, что завтрак готов.
Каждое воскресенье она готовила нам блинчики, которые есть было невозможно. Просто комки муки. И главное, она ведь об этом знала.
— А почему же продолжала?
— Ну, она хотела, чтобы мы были семьей, которая по воскресеньям ест блины.
От желчи мир изнемогает,
Планета печенью больна:
Говно говно говном ругает,
Не вылезая из говна.
Она выбросила из головы всё, что относилось к её собственной жизни, освобождая место для него. Впрочем, он и без того занимал в ее мыслях прочное место; у неё и часа не проходило, чтобы она не спросила себя, что он сейчас делает, как чувствует себя в эту минуту. А уж при свиданиях с ним для неё вообще всё, кроме него, переставало существовать. Теперь же, когда его жизнь перестала топтаться на одном месте и снова пришла в движение, её внимание будет ему еще нужнее.
Семья очень похожа на архипелаг. Все — часть одного целого, но всё равно все отдельно. И постоянно понемногу дрейфуют друг от друга.
Семья – постоянное развитие и углубление любви друг к другу. И если человек живёт со своей женой по-христиански, любит её по-христиански, то невозможно сейчас любить её так, как ты её любил 5 лет назад. Ты её любишь всегда сильнее, ты её глубже раскрываешь. Через любовь к ней тебе открывается стереоскопический взгляд на мир. Ты глядишь на мир, тебя окружающий, и на Бога – её глазами. Поэтому человеку, который строит по-настоящему христианский брак, в голову не придёт поменять на кого-то свою пятидесятилетнюю жену, даже если она увяла внешне. То, что он открыл в ней за годы брака, многократно превышает то, что он обрёл, когда им обоим было по двадцать. Эта духовная роскошь, эта красота другой личности, которая познаётся только в длительном труде любви, – их не заменишь молодостью тела.