— Ручаешься за него?
— Голову даю на отсечение!
— Слушай, Валер, ты парень молодой, частей тела у тебя много, но у нас [в ФСБ] ручаются один раз.
— Валерик, ты если хочешь в костюме походить — я тебя могу в торговый центр охранником устроить.
— Евгений Геннадьевич, только охранником не надо, дайте ещё один шанс, пожалуйста.
— Валера, ты же видишь — я в бешенстве. Не усугубляй, не надо... [говорит спокойно и с улыбкой]
— Вы хотите сказать, что эти 8 бойскаутов — последняя надежда человечества?
— Да.
— Кранты человечеству.
У меня был девиз: главное — пусть о Дали говорят. На худой конец, пусть говорят хорошо.
Написать хороший роман — это как нарисовать картину размером со стену кисточкой для ресниц.
— ... побаливает при езде и иногда немного при ходьбе, а так все в порядке.
— Я гей, если хочу посмотреть?
— Любопытный гей!
Мэтр все это время стоял рядом и с сосредоточенным видом листал свою книгу в синей бумажной обложке. Книга оказалась захватанной до невозможности – на многих листах виднелись сальные пятна и какие-то грязные отпечатки, краска местами потекла, и руны были подправлены от руки обычными чернилами. На полях пестрели пометки, отдельные слова были подчеркнуты, а одно заклинание так вовсе замарано крест-накрест, и рядом стояла категоричная резолюция: «Фигня!»
Cлайд с цитатой