Одиночество — опасная вещь. Если оно не ведет тебя к Богу, оно ведет к дьяволу. Оно ведет тебя к самому себе.
В пустом доме телефон всегда звонит громче.
Одиночество — опасная вещь. Если оно не ведет тебя к Богу, оно ведет к дьяволу. Оно ведет тебя к самому себе.
Одиночество! Люди измучены одиночеством. Некуда пойти. На танцплощадку поздно, да и таких площадок почти не стало, все больше дискотеки, а там четырнадцатилетние мальчики и девочки. Где можно познакомиться друг с другом? На работе. Но есть чисто женские коллективы: фабрики, школы, поликлиники…
And maybe I'll be better of without you.
You left me here with all my thoughts.
I'd write a zillion words or walk a million miles,
I'd sleep on broken glass just not to lose your smiles.
— Твои пистолеты женского рода? — спросила я, принимая оружие.
— Да, потому что женский род всегда опаснее, Кэт.
У одиночества есть плюс – подумать можно обо всем, никто не будет мешать, от мыслей не уйдешь...
Со мной делятся кайфом все, кому невмоготу.
Ведь каждому страшно умирать одному,
Ведь каждый желает, чтобы с ним кто-то шёл
По белым дорожкам, разметившим стол.
Настоящее одиночество — это, во-первых, когда человеку некуда пойти, но вышесказанное и без меня известно всем пострадавшим от великой русской литературы девятнадцатого столетия. А во-вторых, одиночество — это еще и отсутствие сервиса. В смысле, услуг, которые нам могут предоставить другие люди. Для полноценного одиночества нужны закрытые кафе, магазины и входы в метро, неподвижные трамваи, пустые киоски и одно-единственное такси на стоянке, водитель которого уснул, неестественно запрокинув голову, так что, поглядев на его бледный профиль, заострившийся нос и громадный кадык, пятишься на цыпочках, от греха подальше, так и не рискнув проверить, жив ли бедняга.