Цвет у мира – серо-голубой. Негасимые сумерки красоты. Вечный неуют северного очарования.
Встреча с друзьями — это способ выжить, а не выжрать.
Цвет у мира – серо-голубой. Негасимые сумерки красоты. Вечный неуют северного очарования.
Находишь только тогда, когда не знаешь, чего ищешь. А понимаешь, что нашёл, чаще всего только тогда, когда уже потерял.
Моя душа уже не горит сплошь болью, как накануне. От той боли лишь длинная кровавая полоса. Я уже знаю, где я порезался, а где цел. Боль нашла своё место.
В Сашиной красоте было что-то грустное, словно отцветающее, словно красивой Саша была последний день.
Я знаю, что научить ничему нельзя. Можно стать примером, и тогда те, кому надо, научатся сами, подражая.
– А вы меня и вправду любите, Виктор Сергеевич?
– Вправду, Маша. А ты меня?
– А я, наверное, без вас жить не смогу.
Я усмехаюсь, пряча лицо в капюшон штормовки. Сможешь, Маша. И я смогу без тебя. Вопрос – как? Раны-то заживают, но потери не восстанавливаются.
— А в зоопарке динозавры есть?
— Нету. Они вымерли давным-давно.
— А почему они умерли?
— Съели друг друга до последнего.
— А последний?
— Последний сдох от голода, потому что некого больше было есть.
Я человека ищу, всю жизнь ищу — человека в другом человеке, в себе, в человечестве, вообще человека.