Для ощущения счастья обыкновенно требуется столько времени, сколько его нужно, чтобы завести часы.
Очевидно, счастливый чувствует себя хорошо только потому, что несчастные несут своё бремя молча, и без этого молчания счастье было бы невозможно.
Для ощущения счастья обыкновенно требуется столько времени, сколько его нужно, чтобы завести часы.
Очевидно, счастливый чувствует себя хорошо только потому, что несчастные несут своё бремя молча, и без этого молчания счастье было бы невозможно.
И мне снилось, будто то, что я считал действительностью, есть сон, а сон есть действительность.
И как бы мне хотелось доказать вам, что счастья нет, не должно быть и не будет для нас... Мы должны только работать и работать, а счастье — это удел наших далеких потомков.
Как бы то ни было, приходится проститься с мыслями о счастье. Впрочем, раз в жизни я был счастлив, когда сидел ночью под твоим зонтиком.
У насекомых из гусеницы получается бабочка, а у людей наоборот: из бабочки гусеница.
Как приятно сидеть дома, когда по крыше стучит дождь и когда знаешь, что в доме твоём нет тяжёлых скучных людей.
На днях я читал дневник одного французского министра, писанный в тюрьме. Министр был осужден за Панаму. С каким упоением, восторгом упоминает он о птицах, которых видит в тюремном окне и которых не замечал раньше, когда был министром. Теперь, конечно, когда он выпущен на свободу, он уже по-прежнему не замечает птиц. Так же и вы не будете замечать Москвы, когда будете жить в ней. Счастья у нас нет и не бывает, мы только желаем его