Красота без интеллекта, во-первых, пресна, во-вторых – недолговечна.
Она была как кукла: «Люби меня, люби меня, люби меня»... И я любила.
Красота без интеллекта, во-первых, пресна, во-вторых – недолговечна.
Красоток он воспринимал точно так же, как адвокат — телефонные звонки. Чего от них можно ждать, кроме неприятностей.
Не разница в возрасте отделяла ее от меня, – мы были почти одних лет, хотя она, разумеется, казалась взрослее; нет, неприступность, сквозившая в ее красоте и во всем ее обращении, – вот что мучило меня в разгар моих восторгов и несмотря на уверенность, что наша покровительница предназначила нас друг для друга. Бедный мальчик!
Люди обращают столько внимания на внешность. А когда привыкнешь к человеку, тебе уже не важно как он выглядит. Кто-то красив, кто-то не слишком. Не это главное.
Художнику стоит общаться лишь с теми, кто красив и в то же время bête. Когда на таких людей смотришь, отдыхает твой глаз, а когда с ними беседуешь, отдыхает твой мозг. Мужчины-денди и женщины-душки — вот кому принадлежит мир. По крайней мере, должен был бы принадлежать.
Из детства мне больше запомнились папины черные лакированные и золотые ливреи, штаны в красную полоску и ленты от медалей, а не вечерние платья матери. Я всегда хотела выглядеть так же красиво, как отец, хоть бы на час. Лучше так, чем неделю быть просто по-женски привлекательной.