Яркий лунный свет!
На циновку тень свою
Бросила сосна.
Яркий лунный свет!
На циновку тень свою
Бросила сосна.
Мальчик, ты снег,
Которого не будет.
Я докажу, что ты слеп,
Как и другие люди.
Скоро придёт весна,
Прилетят другие, птицы.
Будет ночь нежна,
Меня ждут другие.
Похожая история случалась, и не раз,
И каждого из нас вёл за собой ветер морской,
И парусами полными качались облака,
Там, где встает заря, мы бросим якоря!
Дружба, даже если друга нет в живых, невозможна в прошедшем времени. Она всегда в настоящем. Если сама — настоящая.
Труби же, трубач! Говори о любви,
О том, что включает весь мир, — и мгновенье и вечность.
Любовь — это пульс бытия, наслажденье и мука,
И сердце мужчины и женщины сердце — во власти любви.
Всё в мире связует любовь,
Объемлет и всё поглощает любовь.
Я вижу, вокруг меня теснятся бессмертные тени,
Я чувствую пламя, которым согрет весь мир,
Румянец, и жар, и биенье влюбленных сердец,
И молнии счастья, и вдруг — безмолвие, мрак и желание смерти.
Любовь — это значит весь мир для влюбленных,
Пред ней и пространство и время — ничто.
Любовь — это ночь и день, любовь — это солнце и месяц,
Любовь — это пышный румянец, благоухание жизни.
Нет слов, кроме слов любви, нет мыслей, помимо любви.
Труби, трубач! Заклинай свирепого духа войны!
Осенний ветерок слегка приоткрыл дверь и прислал свою визитную карточку – золотистые листья…
Когда я уеду из Рима,
кто будет меня вспоминать?
Спросите об этом
бродячих собак,
черных котов
и дырявый башмак.
Спросите, спросите
досужих ворон,
мертвую лошадь,
облезлый балкон.
Спросите у ветра,
он был мой сосед;
у двери от дома,
которого нет.
Спросите у Тибра,
он пишет с трудом
мои инициалы
под каждым мостом.
Когда я уеду из Рима,
спросите у них обо мне.
Морская пучина — ревнивая карга, и стоит на борту появиться истинной любви, считай, что ты получил черную метку с приглашением на тот свет.