Фантазия пробегает весь мир, собирая идеи, относящиеся к какому-нибудь предмету.
Несомненно, что большинство людей всегда предпочтет легкую и ясную философию точной, но малодоступной и многие будут рекомендовать первую, считая ее не только более приятной, но и более полезной, чем вторая.
Жалость есть сочувствие к несчастью других, а злорадство — радость по поводу такового, причем это сочувствие и эта радость не вызываются ни дружбой, ни враждой. Мы жалеем даже незнакомых и совершенно безразличных нам людей; если же наше злорадство по отношению к другому человеку вызывается вредом и обидой, то оно является... мстительностью.
Благие побуждения, сдаётся мне, чаще всего идут довеском к какому-нибудь иному мотиву.
Наши идеи и методы мышления могут ограничивать нас, подобно стенам тюрьмы, или, наоборот, – делать свободными.
Навязчивая идея – это отвлекающий маневр, она защищает тебя от мыслей о чем-то другом. Что это другое? Если бы не было этих навязчивых мыслей, о чем бы ты думала?
Кто не умеет сдерживать своей фантазии — тот фантазёр; у кого необузданная фантазия соединяется с идеями добра — тот энтузиаст; у кого беспорядочная фантазия — тот мечтатель.
Всё, что мы называем героической доблестью и чем восхищаемся как величием и возвышенностью духа, есть не что иное, как спокойная и твёрдо обоснованная гордость и самоуважение...
Идея — это точка отправления и ничего более. Как только ты освоишь это, она преобразуется в мысль.
Cлайд с цитатой