Вечер с Владимиром Соловьёвым

— Мы воспринимаем историю как поступательное развитие страны. Я воспринимаю ее иначе. Была история 90-х — это один исторический период. Второй исторический период — 1999-2003. Следующий — 2003-2014 и с 2014-го по сегодняшние дни.

— Я бы еще включил с 2008 по 2014 [реплика Владимира Соловьева]

— Это будет по экономике, а я — по психологии. Большинство людей, во всяком случае те, с кем мне приходилось общаться, не понимают, что сегодня, в 2020 году, мы живём совершенно не в той стране, в которой мы жили в 90-х, или даже в 2005. Это другая страна. Другая с разных точек зрения — и с точки зрения экономики, социалки, обороны, внешней политики, внутренней политики.

Другие цитаты по теме

В чем нерв ситуации? В чем её историчность? Потому что в историчность точно заходит и парад, и предстоящее голосование. Оно не случайно. Оно исторично. Один из нервов ситуации — впервые сложилась такая ситуация, что Западу нечего нам сказать. А нам нечего там слушать. Впервые с того момента, как разделилось католичество и православие. Мы всегда умели слушать. Но сейчас им нечего нам сказать. И Фукуяма — пример. Он говорит о том, что проблема — системная, при этом он говорит, что демократия и американские институты по-прежнему сильны, при этом один Трамп разрушил нечто невероятно сильное. Он не может сделать то, что мы от него хотим — глянуть на своё прошлое, прошлое своей страны. Он не может сказать, что дело не в Трампе, и даже не в долге, а вообще-то элитные группировки Америки сошлись в смертельной борьбе за власть, малые группы, в условиях ресурса, которого больше нет, и который нельзя делить договоренностью, «распилом». Поэтому схватка смертельна. И они будут драться до той поры, пока одна не подчинит другую. Потому что по-другому американская история государства не предполагает вообще. Остаться должен только один.

Ну и последнее, что я хочу сказать. Мы думали, что борьба за историческую память — это борьба за прошлое. Ничего подобного. Это борьба за будущее. Потому что посмотрите, как в Белоруссии, на Украине, в других постсоветских республиках, и в той же Европе, как происходит переформатирование на базе пересмотра истории. А что такое история? Ведь история — это то, что расставляет на свои места понятия добра и зла. А ничто так ярко не расставило на свои места добро и зло, как Вторая мировая война и, в нашем случае, Великая Отечественная. Поэтому им вот это надо сломать. И после этого они могут делать добро злом, а зло — добром. И после этого они могут жить в состоянии сиюминутности зла, в сиюминутности вранья. Сегодня соврал, а завтра — бум, кнопочку ресепт, всё стёрлось, и можно дальше по новой. Вот это страшно.

Это была одна из проблем Советского Союза. Когда они решили взять из христианства то, что им нравится, убрав оттуда Бога, то многие вещи посыпались, продержавшись какое-то время. И стало ясно, что это — не настоящее. Это не о том, о чём было изначально. И тогда все надстройки и великолепные достижения Советского Союза и огромные его реальные успехи, все они стояли на каком-то фундаменте, и этот фундамент как песок начал уходить из-под них. И это огромное здание успехов начало уходить куда-то вниз.

— Иногда история повторяется.

— Только если вы ничему не учитесь.

— Мы, Россия, никогда не станем прокитайской цивилизацией. Или проамериканской.

— Разные культурные коды. [реплика Владимира Соловьёва]

— Я согласен с Сергеем Михеевым, что православие является этнообразующей частью русской цивилизации. Неважно, верите вы или не верите. Нормативы поведения, культуры заданы православием. Да, русская цивилизация родилась задолго до православия. И русское православие вбирало в себя очень многие старые традиции. Есть долгий промежуток времени, когда формировалась устойчивость русской цивилизации. Похоже и у Китая. А за счёт чего формировалась американская цивилизация? Все были объединены идеей агрессивного освоения экономических пространств. И теперь эта агрессия к ним возвращается. Мне кажется, Америка пытается вернуть мир к агрессивному типу поведения. На самом деле это зеркально возвращается внутрь американской цивилизации. Потому что если ты агрессивен, ты агрессивен и по отношению к себе. Это и есть то, что система пошла вразнос. Дело не в том, уйдёт ли Трамп. Требование вести себя агрессивно останется. Это ультралевацкий лозунг, который пришёл в США. И это — самое опасное.

Такие, как ты... Вы всюду сеете смерть и разрушение. Имей в виду, в конце концов... История нас рассудит. И не по тому, что мы разрушили, а по тому, что мы создали.

Речь идет об осмыслении истории последних 300 лет. То, что было всегда запрещено. Потому что де-факто философия всегда была забавой белых богатых мужчин, которые в ней находили оправдание той системе, которая сложилась, системе абсолютно несправедливой эксплуатации и угнетения народов. И можно издеваться над Карлом Марксом, можно делать вид, что этого не было. Но надо понимать, что есть базовые ценности. Трагедия, о чем говорит Карен Георгиевич, и что Вы не хотите услышать, что условно говоря, с середины 80-х мысль философская перестала развиваться.

То, что люди не учатся на ошибках истории, — самый главный урок истории.

Нет народа, который мог бы скрыться от своей истории.