Что бы я ни отдала,
Чтобы жить
Вне этих вод!
Что бы я ни заплатила,
Чтоб провести день
На теплом песке?
Когда же мой черёд?
Разве мне не понравилось бы,
Не понравилось бы исследовать этот берег,
Поверх моря?
Как бы хотела я
Стать частью того мира!
Русалочка (The Little Mermaid)
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой— Я люблю тебя. – И это действует на меня так же сильно, как и первый раз.
– Я тоже тебя люблю, – говорю я, и Хардин хмурится.
– Не говори «тоже».
– Что? Почему? – Наверное, он сейчас откажется от своих слов, но внутренне я еще надеюсь, что он не будет этого делать.
– Не знаю… у меня такое чувство, что ты просто со мной соглашаешься.
Говорят: «Свобода не знает цены». Нет, свобода имеет цену. За свободу всегда кто-то платит. Все имеет цену свою.
Солнце взошло. Его яркие лучи разлились над болотом, проникая в грязь, осушая саванну. В них была радость утра, свежесть растений. Вода казалась теперь более легкой, менее вероломной и опасной. Она серебрилась среди медно-ржавых островов; она покрывалась легкой зыбью из малахита и жемчуга, она расстилала чешую из слюды. Сквозь заросли ивы и ольхи доносился ее тонкий запах.
— Колокольчикова Евдокия Акинфиевна.
— Ты чего здесь?
— Восемнадцать лет, детей нет.
— Хм... По росту не подходите!
— А это медосмотр решает! Извольте записать: Евдокия Акинфиевна.
— Ты что, сдурела? Нам с женщинами нельзя...
— Я без тебя тут не останусь! Куда ты, туда и я. Пиши! Только девичью фамилию запиши.
Доверие и уважение — нераздельные основы любви, и без них она не может существовать; без уважения любовь не имеет цены, а без доверия не имеет радости.
У каждого из нас собственная вселенная. Чтобы два существа жили друг с другом, недостаточно, чтобы они любили, они ещё должны быть совместимы, нужно, чтобы они встретились в благоприятный момент.
Драг. металл блестит лишь в глазах у нас,
Ценник со старья сорвёт новый день.
Рядом с VHS встанут нефть и газ,
Обесценится всё, кроме идей.
Этой валютой другие валюты стёрты,
И не имеет доступа к ней только мёртвый.
— Может быть, мы просто… не понимали, не о том думали.
Его последний судорожный вдох, глоток воздуха:
– Но я так…
Он осекся, замялся.
– …тебя.
– Я это знаю.
И в ней было столько жалости, но беспощадного рода.
– И я тоже, но, наверное, этого недостаточно.