Экхарт Толле. Новая земля. Пробуждение к своей жизненной цели

Люди гораздо больше страдали друг от друга, чем от природных катастроф. К 1914 году в высшей степени интеллектуальный человеческий разум изобрел не только двигатель внутреннего сгорания, но и бомбы, пулеметы, подводные лодки, огнеметы и отравляющие газы. Ум на службе у безумия! В позиционных военных противостояниях во Франции и Бельгии ради овладения двумя милями грязи погибли миллионы людей. Когда в 1918 году война закончилась, выжившие смотрели на оставшееся за ними опустошение и разорение с ужасом и непониманием: десять миллионов убито, еще больше искалечено, обезображено и изуродовано. Никогда раньше человеческое безумие не было столь разрушительным, не было столь очевидным. Тогда они знали одно: это только начало. К концу века число людей, принявших насильственную смерть от рук своих собратьев, превысило сто миллионов.

0.00

Другие цитаты по теме

Не ищи счастья. Если ты его ищешь, то никогда не найдешь, потому что поиск счастья — это его противоположность. Счастье всегда иллюзорно, но свобода от состояния несчастья достижима прямо сейчас.

Если мысль о нехватке — денег, признания, любви, стала частью вашего самовосприятия, вам всегда будет чего-то не хватать. Вместо того, чтобы быть благодарным за то хорошее, что уже есть в вашей Жизни, вы видите лишь то, чего вам недостает. Благодарность за все хорошее, что у вас уже есть — это основа изобилия. Источник всего изобилия находится не где-то вовне. Это часть того, кто вы есть. И все же начните с признания и осознания изобилия, имеющегося во внешнем мире. Почувствуйте полноту жизни во всем, что вас окружает. Тепло Солнца на вашей коже, прекрасные цветы, выставленные у дверей цветочного магазина, сочность вкушаемого вами плода, изобилие льющейся с неба воды, вымочившей вас до нитки… Вот она полнота жизни — на каждом шагу.

Секрет умения жить, секрет успеха и счастья можно выразить тремя словами: Единство с Жизнью. Единство с Жизнью – это единство с тем, что есть Сейчас.

Слова уменьшают масштаб реальности до такой степени, чтобы ум человека смог что-то ухватить. Язык состоит из пяти основных звуков, производимых голосовыми связками. Это гласные а, е, и, о, у. Другие звуки — согласные, они произносятся при помощи сжатого воздуха: с, ф, ж, и т. д. Неужели ты думаешь, что какая-нибудь комбинация из этих основных звуков может объяснить, кто ты такой, или разъяснить конечную цель Вселенной, или хотя бы что такое дерево или камень в своей глубине?

Многие уже осознают разницу между духовностью и религией. Они понимают, что наличие у тебя системы убеждений и верований — набора мыслей, к которым ты относишься как к абсолютной истине,  — не делает тебя духовным, какого бы свойства она ни была.

Только одно мы знаем наверняка: жизнь дает тебе только такой опыт, который лучше всего способствует эволюции твоего сознания. Как понять, какой именно опыт тебе нужен? Очень просто — такой, который ты проживаешь в данный момент.

Рагнара всегда любили больше меня. Мой отец. И моя мать. А после и Лагерта. Почему было мне не захотеть предать его? Почему было мне не захотеть крикнуть ему: «Посмотри, я тоже живой!» Быть живым — ничто. Неважно, что я делаю. Рагнар — мой отец, и моя мать, он Лагерта, он Сигги. Он — всё, что я не могу сделать, всё, чем я не могу стать. Я люблю его. Он мой брат. Он вернул мне меня. Но я так зол! Почему я так зол?

Жизнь — не сценарий, её не перепишешь. А жаль! Многое изменить или совсем вычеркнуть — ой как хочется!

Мы шли под грохот канонады,

Мы смерти смотрели в лицо.

Вперёд продвигались отряды

Спартаковцев, смелых бойцов.

Средь нас был юный барабанщик,

В атаках он шёл впереди

С весёлым другом барабаном,

С огнём большевистским в груди.

Однажды ночью на привале

Он песню веселую пел,

Но, пулей вражеской сражённый,

Пропеть до конца не успел.

С улыбкой юный барабанщик

На землю сырую упал...

И смолк наш юный барабанщик,

Его барабан замолчал...

Я охотно повторяла парадоксы, вроде фразы Оскара Уайльда: «Грех — это единственный яркий мазок, сохранившийся на полотне современной жизни». Я уверовала в эти слова, думаю, куда более безоговорочно, чем если бы применяла их на практике. Я считала, что моя жизнь должна строиться на этом девизе, вдохновляться им, рождаться из него как некий штамп наизнанку. Я не хотела принимать в расчет пустоты существования, его переменчивость, повседневные добрые чувства. В идеале я рисовала себе жизнь как сплошную цепь низостей и подлостей.