Речь – убранство души: если она старательно подстрижена, и подкрашена, и отделана, то ясно, что и в душе нет ничего подлинного, а есть некое притворство.
Речь людей такова, какой была их жизнь.
Речь – убранство души: если она старательно подстрижена, и подкрашена, и отделана, то ясно, что и в душе нет ничего подлинного, а есть некое притворство.
Чтобы заполнить место в наших прогнивших сердцах... все, что мы делаем — набиваем «опилками» наши пустые души и притворяемся, что мы живы.
Больше пользы приносит речь, которая малыми долями прокрадывается в душу. В пространных же рассуждениях, написанных заранее и прочитанных при народе, шуму много, а доверительности нет.
Каждый поступок, идущий вразрез с нашим внутренним «я», это рана, которую мы наносим собственной душе.
Человеку и бескровной пищи хватит; а там, где резня служит удовольствию, жестокость переходит в привычку.