Росинки на тюльпане — жемчужины цветка,
Свои головки клонят фиалки цветника.
Но как соблазна полон трепещущий бутон,
Что прячется стыдливо в одежд своих шелка!
Росинки на тюльпане — жемчужины цветка,
Свои головки клонят фиалки цветника.
Но как соблазна полон трепещущий бутон,
Что прячется стыдливо в одежд своих шелка!
Книга жизни моей перелистана — жаль!
От весны, от веселья осталась печаль.
Юность-птица: не помню, когда прилетела
И когда унеслась, легкокрылая, вдаль.
Люди — как цветы.
Одни растут среди пыли и асфальта и стараются быть на них похожими.
Они даже не стремятся узнать, что такое ласка солнца и свежесть дождя.
Они увядают незрелыми бутонами.
Моя возлюбленная вновь
Дарит мне прежнюю любовь.
Дай Бог, чтоб дни её сияли
Так долго, как мои печали!..
Единым нежным обожгла мгновенно взором — и ушла,
Оставив счастья обаянье…
О, верно, думала она -
Свершив добро, душа сильна,
Когда не ищет воздаянья!
Расскажи, что делается с душами цветов,
когда те умирают? Цветы — всё, и всё — цветы.
Всё есть цветы, — шепчу, пугливо озираясь, — вон в окне
их целые поляны да под белым цветом Солнца;
глаза наши — цветки, и сердцевина в нас смеётся
точь-в-точь цветочным смехом, и орёт точь-в-точь
немым криком цветка, цветочным горем... в клочья
собой накармливая жизнь. Вся жизнь — цветы.
Их стая то чётна, то нечётна, но точёна — всегда.
Небо! Жалуешь ты почему подлецов?
Бани, мельницы им, им сиянье дворцов.
Человек благородный и хлеба не видит.
Когда растения в контакте с природой, они прекрасны, но приходит время, и их срывают, бросают в магазины, ощупывают, обрезают и распродают — это донельзя вероломно по отношению ко всему земному естеству. Кто вообще положил начало этому варварству? Почему мы неумолимо рвемся разрушать все девственное и прекрасное?
Пускай ты прожил жизнь без тяжких мук, — что дальше?
Пускай твой жизненный замкнулся круг, — что дальше?
Пускай, блаженствуя, ты проживёшь сто лет
И сотню лет ещё, — скажи, мой друг, что дальше?