Вечер с Владимиром Соловьёвым

Америке нужно лобовое столкновение. Совершенно очевидно, что мы присутствуем при формулировании некого нового консенсуса в американской элите, когда Китай столкнется с бипартийным консенсусом относительно того, что Китай должен быть тем, той силой, которая оплатит «перестройку» в Соединенных штатах. Это очень важно. Почему не удалась наша «перестройка»? Потому что за неё платили мы. За «перестройку» в любой стране должен платить кто-то другой. И это будет Китай. И я думаю, что в этом залог того, что к антикитайской кампании удастся подключить и европейцев, потому что европейцы будут счастливы, если не они будут оплачивать американскую «перестройку», если они будут вторыми.

Другие цитаты по теме

Я всё-таки еще продолжаю верить в случайности. Но я не верю в массовые случайности. Могу сказать, что такой массовой скоординированной атаки на день Победы и вообще на наши исторические моменты я вообще не помню. Я думаю, что это была попытка апробировать технологию очень скоординировано. Второй момент. Это, конечно, очень не неожиданная вещь. Посмотрите. Это действительно власовцы. Это уже нельзя списать на 90-е. Это люди нулевых. Это люди, которые уже более-менее вкусно ели, уже более-менее жили в комфорте и значит, упустили мы именно тогда. Мы упустили это поколение в сытые годы. И вот об этом нам нужно задуматься. Потому что да, хорошо, что следственный комитет их нашел. Но как показывает опыт событий июля-августа 2019 года, испуг быстро проходит. Посмотрите на героев событий прошлогодней давности. Что с ними случилось? Да ничего. Многие из них, кстати, получили повышение. На новых должностях очень хорошо себя чувствуют. И готовятся к новым боям, как я понимаю, этим летом. И этот испуг видно, что неискренний. «Простите, меня, дяденька...» Ну что это? Ведь отпустят. Страшно не то, что он Гитлера «запостил», страшно то, что его отпустят. И вот это вопрос о предпосылках. Кого мы растим? Зачем мы растим? И кто их растит? Потому что у нас, к сожалению, мы видим, как патриотическое воспитание, особенно в школах, приобретает всё более и более начетнические формы. А параллельно идет жизнь с «Колями из Уренгоя». С этими неконтролируемыми нашими грантами по вывозу подростков. Не детей, подростков. Вывозу в США и промыванию им там мозгов. А вам не кажется, что с нами пытаются разыграть сценарий «Перестройка 2.0»? Ведь тогда было то же самое. «Убей в человеке прошлое, и делай с ним что хочешь». С людьми, у которых убито прошлое, убито понимание, что в 1941-45 годах речь шла не просто о победе одного государства над другим, а речь шла о жизни и смерти общества и народа. В тот момент, когда через политические манипуляции, через разного рода фальсификации вот это понимание убьют, с народом, у которого этого не будет, можно делать все что хочешь. И здесь встаёт вопрос: а на стратегическом целеполагании куда мы идем? Какое государство мы строим? Мы строим государство вечно воюющих башен? Мы строим государство, где правоохранительные органы начинают обращать на это внимание только когда берега потерялись совсем?

И наконец тут важно заметить, что они пытаются в очередной раз решить свою проблему. Здесь дело не в нас. В стране бушуют протесты. Причем страна просит равенства. Страна просит левой идеи. Страна больше не хочет, чтобы все было как было, где каждый сам за себя. Посмотрите, что происходит. Если у тебя нет оплаченной мед. страховки, извини, ты попал. Если у тебя нет работы, у тебя нет мед. страховки, ты попал. У тебя ничего нет, ты не можешь пойти в школу. Поэтому ты идешь на подобные преступления

Разделю два вопроса — вопрос о сдерживании и вопрос афганский. Афганская история с Талибаном и скальпами американских солдат представляется мне очень странной. Я думаю, что это действительно какая-то игра американского разведсообщества, прикрыть свои дела и свои контакты с Талибан. Теперь по поводу сдерживания. Конечно, это сдерживание, при этом понимая, что это та политика, которую пытается проводить Америка. Понимают ли они, что сдерживание — это вообще-то очень серьёзная история. Это комплексная политика, которую те же самые американцы в годы холодной войны формировали пятнадцать лет, и которая включала в себя вагон и маленькую тележку всего, начиная с формирования военно-политического кулака и военно-стратегических возможностей, и кончая расшатыванием ситуации изнутри. Понимают ли США, и те люди, которые пытаются оперировать в США, что переход к политике военно-политического сдерживания России — это, извините, переход к игре в долгую. Это означает, что они признают, что свалить одним ударом эту власть у них не получится. И что надо переходить к долговременной осаде этой крепости. Я думаю, что они не понимают всех проблем, которые связаны с переходом к прямому сдерживанию.

Отчасти Сергей Борисович Станкевич прав, когда говорит, что есть определенные значимые красные линии, которые, если американцы их перейдут, будут прямой и явной угрозой. Проблема только в том, что американцы не знают про существование этих красных линий. Они действуют как будто вне их. Вот вы посмотрите трезвым взглядом на то, что они делают. Это попытка сыграть в Рейгана и в рейгановскую политику, доведение ситуации до какого-то уже преддверия взрыва, но без Рейгана, без рейгановской Америки, без рейгановских союзников, и без рейгановского Китая, который был одним из важнейших элементов сдерживания, а затем и развала Советского Союза на завершающем этапе. И в этом смысле эта политика, конечно, очень авантюристична.

Есть хороший фильм, в котором есть прекраснейшая цитата «Америка — не страна, это бизнес». В принципе государственности, единения там нет. Потому что если копнуть глубже, сама идеология либерализма построена на том, что человек есть его мир, его лужайка. Всё остальное его не волнует. Американская мечта построена на этом. Поэтому каждый строит свой мир. Поэтому когда речь заходит о том, что нужно бросить, как они говорят, кого-то под автобус, в данной ситуации, да, пошли протесты. Но эти протесты невероятно выгодны, к сожалению. Потом нужно будет восстанавливать эти здания, нужно будет вкачивать новые деньги...

Оружие, которое ты строишь как гуманитарное, и собираешься его применять против нецивилизованных варваров... Поскольку ты — сверхчеловек с концепцией исключительности, и оно направлено только на тех, других, но в тот момент, когда выясняется, что никакой исключительности нет, это просто вранье, тогда это оружие очень легко оборачивается вовнутрь. И те, кто верили в свою исключительность, оказываются удивительно пригодным материалом для применения этих технологий. Распадётся государство или нет — этого никто не знает, а то, что там будет чудовищный кризис, вот это понятно. И то, что начнут стрелять с высокой вероятностью, — это тоже понятно. И с этой исключительностью будет то же, что с немецким сверхчеловеком. Потому что когда ты строишь свою власть на идее превосходства, и подтягиваешь всех остальных под эту власть и говоришь: вы можете принадлежать к неким высшим... Америка — это высшее. Америка — это высшее достижение истории. Это было сказано вчера. Вот эта идеология их угробит.

«Если США могут зажечь костёр на задворках Китая, то и мы можем зажечь костёр на задворках США», — сказал полковник Народно-освободительной армии Китая Дай Сю.

Что отличает американскую цивилизацию от китайской? Китай сложен из маленьких кусочков, которые потом слились в эту большую китайскую культуру. На русском языке это не звучит. Но когда мы говорим Китайская народная республика, первое слово Джун-хуа (китайская) звучит — не цивилизация китайцев, а всех, кто проживает в рамках Китайской цивилизации. Они объединяются языком, письменностью, общими традициями. Устойчивость этого Китая заключается в том, что в течение тысячелетий возникла договоренность, что мы не вредим друг другу, потому что мы все в одной лодке. И в этом плане Китай жив не политической идеей, а он жив переживанием единой культуры. И когда Помпео говорит, что да, когда вы пользуетесь «TikTok», и всё сливается в компартию Китая… Помпео — неглупый человек, но он специально редуцирует смыслы, поскольку говорит с большими массами. Ему верят, так как считают, что есть плохая компартия Китая, и есть хороший китайский народ. И если убрать компартию Китая, китайский народ станет другим. Но компартия — это плоть от плоти китайской цивилизации. Если раньше были императоры, элита, бюрократия, то сегодня это — компартия Китая.

У хорошего актера, когда он работает над ролью, есть такое понятие — сверхзадача. Люди могут заниматься чем угодно — пьют кофе, чай, играют с ребенком. Или вот мы сейчас выступаем. У каждого человека есть сверхзадача, сверх-цель. Иногда он ее сам не формулирует. Но она есть. У американцев есть сверхзадача, и она ясно сформулирована — уничтожить Россию и Китай.