Давай, негра убьем. Не люблю я их.
— Ты в монастырь, а я за бугор скручу.
— Нужен ты там кому...
Давай, негра убьем. Не люблю я их.
— Ты сказал пистолет и что-нибудь потяжелее...
— Я имел ввиду автомат! Это у вас в Эфиопии, если потяжелее, сразу миномет берут?
— Я — русский!
— Ну, ты, Баклажан, точно, ты — псих! Тебе пора к врачу лечиться и, думаю, русский врач здесь уже не поможет.
— Так. Теперь давайте с эфиопским... футболистом.
— Я — русский и в Эфиопии никогда не был.
— Нам-то не гони!
Ненавидеть человека за его происхождение – расизм. И любить человека за его происхождение – расизм.
Клянусь, я не понимаю, почему люди перестали использовать свои мозги по назначению. Ты только подумай: этим ребятам противно сесть за стол с черным, но зато они преспокойно едят яйца, вылезшие прямо из куриной задницы.
— Чёрные услыхали о курице, и вот чем все обернулось.
— Почему? Потому что все черные любят курятину?
— Не будь расисткой! Потому что они все героинщицы. А кто-то всем расчесал, что внутри курицы героин. Испанки или черные поимеют ее. Эти испанки, наверное, даже есть ее не будут, только перережут ей глотку и выпьют кровь. Ну, или сделают еще что-то суеверное... Все, что я хотела — это съесть курицу, которая умнее других куриц. И поглотить ее власть... И сделать котлеты по-киевски. Ну да ладно.