Порой я не могу преодолеть раздражения против человечества. Ну почему эволюция дала первенство именно этим, нестабильным, ленивым, подозрительным особям? То ли дело муравьи, не мыслящие себе существования в безделье...
До сих пор не могу сформулировать объективных законов красоты. Красив ли, например, мой старик? В линии носа или в душевной привлекательности таится истинная красота?
Чем меньше привлекаешь к себе внимание, тем лучше. Если демонстративно игнорировать обязанности по отношению к обществу, оно может тебя изгнать... Но держусь ли я за общество? Об этом стоит подумать.
Чувство юмора — пожалуй, самое сложное из чувств. Я глубоко убежден, что существует множество людей, которым оно не свойственно.
– За любое знание приходится платить.
– Если бы те не погибли, мы бы жили лучше. Было бы больше кормильцев.
– Но все равно мы оказались бы во власти закона деградации. Или мы часть человечества и бережем его знания, или мы дикари.
– Ты идеалист, Боря, кусок хлеба сегодня нужнее абстрактных ананасов.
Человечество может достичь звезд, всеобщего благополучия, люди могут путешествовать во времени и покорять дальние галактики. Но они остаются теми же людьми, какими были тысячу лет назад. Самый гуманный и талантливый человек будет бояться смерти и стремиться к любви. Одни буду жаждать славы, другие покоя, люди буду выбирать себе друзей и спутников жизни, но будут встречать и врагов и соперников, идеального человека, идеального общества, к счастью, быть не может — иначе бы человечество замерло в нирване и сгинуло бы в благостной неподвижности.
— Спускаться — это самоубийство.
— Если мы доставим еду на последний, то сломаем систему.
— В «Дыре» нет системы, «Дыра» — это дыра.
Он размышлял так, лежа с закрытыми глазами, которые горели, словно под веками было полно песка. Человек, он понимал это сейчас, ещё не поднялся на нужную высоту, ещё не заслужил прекрасного звания галактоцентрической фигуры, прославляемой издавна. Дело не в том, чтобы искать только себе подобных и только таких понимать: нужно ещё уметь не лезть не в свои нечеловеческие дела.
— Этот парень — Тириан — зачем ему нужна я?
— Ну, ты теперь ходячая мишень после того фокуса, что выкинула в Биконе. Я тебе говорил, что серебряные глаза — очень редкая черта. И тот факт, что ты ими воспользовалась, огорчил несколько влиятельных личностей. Немногие люди знают об этих глазах. А кое-кто и вовсе не доволен тем, что их носители существуют вообще. Вот почему я следил за вами — чтобы убедиться, что ты в безопасности. Все вы.
— Тогда почему бы не поехать с нами? Это всё только бы упростило.
— Он использовал тебя, как приманку.
— Послушай, всё не так просто, как кажется.
— Что «всё»? За Руби охотятся, академии рушатся — и всё ради чего? В чём вообще смысл?! Просто скажите нам, что происходит!
— Для начала присядь-ка, пацан. Уже и не скажешь, что в наше время остались верующие люди. Наш мир существует гораздо дольше, чем многие предполагают. Достаточно, чтобы люди понапридумывали себе целую когорту богов. Но, если верить Озпину, двое из них всё-таки реальны. Два брата. Старший — Бог Света — находил прекрасным сотворение жизни. А его младший брат — Бог Тьмы — развлекался сотворением разрушительных сил. Как можно догадаться, их мнения об обустройстве мира сильно расходились. Старший убивал целые дни, сотворяя растения и животных, в то время как младший испытывал отвращение от всего этого, и, как ответное действие, создал засуху, голод — всё, что могло избавить Ремнант от жизни. Но жизнь всегда возвращалась. И вот, однажды ночью, младший решил сотворить нечто этакое — что разделяло бы его стремление разрушать всё и вся.
— Существа Гримм.
— Верно. Всё же Старшего достали братские выходки. Зная, что их противостояние не может длиться вечно, он предложил ему объединить усилия, чтобы создать их последнее творение — то, чем они могли бы гордиться. Младший согласился. Их «венцу творения» были дарованы силы Создавать и Разрушать. Были даны дар Знания, чтобы познавать себя и окружающий мир, и — самое главное — дар Выбора своего пути существования. Так и возникло человечество.
— Но что оно должно было делать с нами?
— В этом-то и проблема. Четыре дара человечеству — Созидание, Разрушение, Знание и Выбор — были не просто метафорой. Все они имеют физические воплощения и оставлены нам богами, прежде чем те покинули Ремнант. И каждый из них необычайно силён. Тот, кто соберёт все четыре, сможет изменить мир. Именно этого и хотят наши враги. Академии Охотников были созданы для тренировки защитников человечества, но у них есть и тайная миссия — роль хранилищ для этих реликвий. Когда предшественник Озпина основал академии, он построил их в виде крепостей вокруг этих самых реликвий. Таким образом, их не только легко защищать, но ещё они постоянно окружены обученными бойцами. Вся идея в том, что спрятав их, можно сдержать человечество от использования их друг против друга, но и держать их вне Её досягаемости. Как-то так...
— «Её» — это ты про Сейлем?
— Именно. Хотя, про неё известно не так уж и много, что это дает не существенно. Что действительно важно — ей нужны эти реликвии. И если она достанет их все, добром это не кончится.
Наше стремление властвовать, наша наука и те самые способности, которые подняли нас от обезьян до дикарей, до современного человека, суть то самое, что разрушит Homo sapiens еще до конца этого столетия!
Cлайд с цитатой