Как и твой отец, я тоже убивал драконов. К сожалению, как и у большинства людей, драконы были в моей голове.
— Я знаю его сильные стороны и слабости.
— Зачем мне знать об его слабостях?
— Потому что он ваш союзник. Всегда полезно знать слабости своих друзей, не так ли?
— Один корабельный плотник стоит десяти ярлов.
— А скольких королей?
— Мне от тебя нужны идеи, Флоки, они дороже серебра и золота.
— Завтра я должен убить человека, которого уважаю больше, чем кого-либо.
— Уважаешь? Ты уважаешь Рагнара Лодброка?
— Он такой же, каким я был когда-то — неукротимый, честолюбивый, он открыл западные земли, он был прав на счет них. В душе, я всегда это знал.
— Почему ты не сказал это ему?
— Ибо как только я протяну ему руку — все мои друзья и сторонники покинут меня и пойдут за ним.
— Флоки, ты предал богов!
— Нет, Хорик, я предал только вас, я всегда был на стороне богов... и Рагнара.
— Ты должен был убить Элисиф, когда была возможность — она тебя обесчестила.
— Я люблю всех богов, всех. А людей только двоих — тебя и мою принцессу. И если я решил не убивать ее, то и другим не позволю!
— Рагнар?..
— Здравствуй, Хельга. Ты будто призрака увидела.
— А ты призрак?
— Возможно...
— Ну и? Как тебе жизнь социалиста?
— Видишь бокал? Пузырьки поднимаются вверх, у каждого одинаковый шанс подняться.
— Своеобразна форма социализма.
— А бутылка... если выдернуть пробку — назад уже не вставить.
Иногда, когда человек узнаёт страшную новость, он какое-то время говорит и двигается так, словно ничего не произошло и никто ему ничего не говорил, и только потом, внезапно, впадает в ступор или в истерику. Наверное, то же самое происходит не только с психикой, но и со всем организмом, который держится-держится и вдруг сникает, как резиновый мячик, из которого разом выпустили воздух.
Кроткий ответ отвращает гнев, а резкое слово будит ярость. Глаза господни смотрят повсюду и за злыми следят, и за добрыми.
Cлайд с цитатой