Но как только Ванс вышел из дома, он понял, что в Мэллаби его принимают. В городе, полном чудес и странностей, он был просто очередной причудой.
То, что выглядит странным, не обязательно плохо. Просто за это сложнее бороться.
Но как только Ванс вышел из дома, он понял, что в Мэллаби его принимают. В городе, полном чудес и странностей, он был просто очередной причудой.
Протестная тенденция, которая происходит сейчас во всем мире, мне явно не нравится. Протест не доводил и не доведёт до добра. Это выбивает почву из-под ног любого стабильного государства, каким бы авторитарным или менее авторитарным оно ни было. Это вопрос исторический или национальный, если говорить, к примеру, о ближневосточных странах. В них американская модель демократии не имеет никакой почвы для существования.
Первый человек, с которым мы должны найти подлинное примирение, первый человек, с которым мы должны быть честны до предела, до абсолюта — это мы сами. Если вокруг тебя нет мира, это значит, что внутри тебя нет мира. И только мир с самим собой, мир и согласие в себе — преобразят действительность вокруг тебя.
Лишь справедливость зиждет и творит,
И небо справедливостью стоит!
Когда бы справедливость не дала
Воды земле — и роза б не цвела.
По справедливости родят поля,
И в равновесье держится земля.
И справедливость льет свои лучи
Весной на огороды и бахчи.
И розы — тех, кто их сорвать спешат, —
Шипами справедливыми язвят.
О сын мой, ведь ты уже навоевался,
Копье положи как память о прошлом,
Чтобы потомки твои могли смотреть на него.
К деду иди своему, к Ауруиа,
Пусть он древнее знанье тебе передаст,
Чтоб не было войн никогда, ибо воин не может
Остановиться.
Сын мой, стань мудрецом,
Хранителем древних традиций,
И пусть не будет войны.
Дух мира внедри глубоко, и пусть
Время правления твоего
Станет временем прочного мира.
Одни слову приписывают слишком большое значение, слишком многого ждут от него, другие недооценивают, обманувшись. И те, и другие заблуждаются. Одними словами ничего не сделаешь, но и без слов работа станет.
Слово — всегда союзник, не заместитель.