Уинстон Черчилль. Вторая мировая война

Немцы при складывающейся сейчас обстановке не смогут воевать на двух фронтах. Им скоро придется решить, бросить ли им свои основные силы для отражения атаки с востока или для отражения атаки с запада. Зная, чего можно ожидать от вторжения русских, вполне возможно, что они решат сконцентрировать свои силы на русском фронте. Это облегчит нашу задачу на Западе.

Другие цитаты по теме

Вы спрашиваете, какова наша цель? Я могу ответить одним словом: победа — победа любой ценой, победа, несмотря на все ужасы; победа, независимо от того, насколько долог и тернист может оказаться к ней путь; без победы мы не выживем.

В течение ряда месяцев Гиммлера уговаривали вступить по своей собственной инициативе в личный контакт с западными союзниками в надежде добиться сепаратной капитуляции. Некий генерал войск СС Шелленберг предложил ему в качестве посредника графа Бернадотта — главу шведского Красного Креста.

В мрачных войнах современной демократии нет места рыцарству. Тупая бойня в гигантских масштабах и массовые эффекты подавляют все возвышенные чувства.

Перед нападением на Россию фюрер созвал совещание всех командующих и лиц, связанных с верховным командованием, по вопросу о предстоящем нападении на Россию. На этом совещании фюрер заявил, что методы, используемые в войне против русских, должны отличаться от методов, применяемых против Запада... Он сказал, что борьба между Россией и Германией — это русская борьба. Он также сказал, что так называемые комиссары не должны рассматриваться как военнопленные.

Мы должны обеспечить точную и своевременную отправку обещанных нами материалов. Только таким путем мы можем сохранить наше влияние на Сталина и включить мощные усилия русских в общий ход войны.

По нашим данным, германские авиационные заводы вместе с заводами в оккупированных странах по изготовлению деталей самолетов производят ежемесячно не менее 2500 боевых самолетов.

За последние два года мы слышим много различных разговоров об открытии так называемого второго фронта в Северной Франции против Германии. Совершенно естественно, что русские, которые несут на себе основное бремя борьбы против германских армий, находящихся на их фронте, беспрестанно требуют этого. Лично я всегда думаю не только о втором, но и о третьем фронте. Я всегда считал, что западные демократии должны, подобно боксеру, драться обеими руками, о не одной.

Обозревая вновь историю этих восьми лет, с 1930 по 1938 год, мы видим, как много времени было в нашем распоряжении. По крайней мере, до 1934 года перевооружкние Германии можно было предотвратить, не жертвуя ни одной человеческой жизнью.

Я не прибегаю ни к преувеличению, ни к цветистым комплиментам, когда говорю, что мы считаем жизнь маршала Сталина драгоценнейшим сокровищем для наших надежд и наших сердец.

В тотальной войне совершенно невозможно провести точную разграничительную линию между военными и невоенными проблемами.