Имела твоё милосердие!
... ловушки зеркал я сумела избежать, но взгляды — кто может устоять перед этой головокружительной бездной? Я одеваюсь в черное, говорю мало, не пишу, все это создает мой облик, который видят другие. Легко сказать: я — никто, я — это я. И все-таки кто я? Где меня встретить? Следовало бы очутиться по другую сторону всех дверей, но, если постучу именно я, мне не ответят. Внезапно я почувствовала, что лицо мое горит, мне хотелось содрать его, словно маску.
Ты смотришь на меня так, будто я нуждаюсь в тебе, чтобы ты дополнял меня, как будто я пустой сосуд. Я тоже тебя люблю.
— Ты говоришь так, чтобы меня успокоить, или ты действительно так думаешь?
— Я думаю, что ты слишком много думаешь!
Жажда усталых коней
Да утолится зерном.
Жажда сожжённых полей
Да утолится посевом.
Да осенит тишина
Сердца, разоренные страхом и гневом,
Как осеняют березы
Отеческий дом.
Слёзы горячие наши
Лягут росой на луга.
Лягут росой на луга,
Высо́ко поднимутся травы.
И зарастут пепелища,
И затянутся раны,
И простит нам обиду
Душа в небесах.
А кому судьба белый свет пройти,
И любовь найти, и беды не знать.
А кому судьба, как пожар в степи,
Не спастись, не уйти, не унять.
— Тише, Уинстон. Побереги себя — у тебя пульс зашкаливает.
— Хватит следить за моим здоровьем, Афина.
— Как скажешь. Но ты не занимался спортом 43 дня 7 часов 29 минут. Помни: «В здоровом теле...»
— ... «Здоровый дух». Вот они — мои витамины!
Мне впервые в этот вечер
От волненья не уснуть.
Ведь впервые в этот вечер
Меня заметит кто-нибудь.
Это глупо, но я мечтаю
Любовь свою найти.
Я точно знаю в этот вечер
Должно мне повезти!
— Настоящая жизнь — это не сказки нашего отца. Ты — глупец, если не понял этого.
— Быть может, я глуп, если до сих пор верю в тебя. И всё же я верю. Подумай об этом, брат.
Депрессивные люди думают о том, каково это — быть некрасивым, толстым, неудачливым, больным, брошенным. Это как осколки разбитой бутылки. Они вертят в руках то один, то другой, то сразу несколько и не замечают, как режутся. И даже не откладывают рассмотренные отдельно от остальных, а постоянно к ним возвращаются. Один осколок — война, другой — боль от измены, третий — несчастный случай. Закономерно, что к ним приходит один вывод — все бесполезно, ты не можешь изменить мир, он все так же будет несправедлив, так какой смысл в том, чтобы вставать из постели, принимать душ, завтракать...
Что я попробовала сделать сначала, так это запретить себе думать. Не помогло. Против своей сути не попрешь. Разрушать собственную личность «во спасение»? В итоге я все так же вертела осколки в руках, но только в специальных перчатках, которые не давали порезаться.
Cлайд с цитатой