You're a prisoner of your ideals
Just a prisoner of your materialistic ideals.
You're a prisoner of your worthless ideals.
You're a prisoner of your ideals
Just a prisoner of your materialistic ideals.
You're a prisoner of your worthless ideals.
Искусство раскрывает внутреннюю сущность художника. Искусство выявляет идеалы человека, его ценности.
Самоценность человека абсолютна. Ее проявлениями являются культурные ценности. В этом и заключается смысл спасения человека от небытия.
Она бы сказала, что в жизни мало настоящих ценностей, и если вы ими обладаете, то остальное не имеет значения, а если не обладаете, то и все остальное бесполезно. Если вы оглянетесь вокруг, то полагаю, вам придется признать, что её утверждения подходят к большинству случаев. Это сентиментально, но, по большому счеты, мы существа сентиментальные и не можем этого избежать. И не всегда разумно этого желать. Каждый день вы видите людей, которые пользуются подвернувшейся возможностью и плюют на последствия. Многие потом страдают из-за этого, но вряд ли сожалеют. А те, кто сожалеет – отступили в последний момент и остаток жизни провели, раскаиваясь в этом.
Модно в этом веке игнорировать идею о добре и зле, но зло есть и оно находит ценность в хороших людях, давая греху сладкий вкус экстаза.
Для вас, Андрей [Окара], идея спасения и русского ковчега есть идея изоляционизма. Она не есть идея изоляционизма. Ной ни в коей мере не был изоляционистом. Ной спасал праведное человечество. Поэтому идея русского ковчега не подразумевает это состояние, а как раз дает надежду на спасение. Если бы мы были изоляционистами, мы бы Грузию не спасали, мы бы не обратили внимания на Сирию, мы бы не спасли два миллиона несчастных в Крыму, мы бы не обеспечили возможность проживания четырёх миллионов несчастных в Донбассе.
Господи, пусть это свидание пройдет хорошо. Пусть он будет богат как мэр Блумберг, интересен как Джон Стюарт и с внешностью Майкла Фассбендера, хм.. с пенисом Майкла Фассбендера.
Разве он рвался в битвы, мечтал о Чуроборе, о других землях? Ничего такого он не хотел. Зачем ему богатства, слава, сам княжеский стол? Чего они стоили без любимой? А с ней они не нужны. У него был свой собственный мир, небольшой, но глубокий и наполненный, ему было в нем уютно, и его не тянуло в неведомые дали.