Весь мир уже давно справедливость понимает только как благо себе. Только мы, русские, еще говорим о какой-то всеобщей справедливости для всех, всего человечества. Это синдром строителей коммунизма?
Шпак держал своих орлов в строгости, благодаря чему за последние два года имел всего троих раненых и ни одного убитого.
Хемингуэй предпочитал писать не в кабинете, а в шумном кафе, а Цезарю лучше работалось, когда вокруг было полно спорящих сенаторов.
В центральной газете первые шесть полос лабуда с властителями дум: пространные интервью с актерами, дизайнерами, визажистами, длинная статья с предположениями, какую из своих секретарш вице-премьер имел, а какую только лапал.
Я родился здесь. В теле самца, человека, живу в конце двадцатого века и привычно считаю, что вот сейчас-то самые правильные законы и мораль... ну чуть-чуть шероховатая, дает сбои, но все же самая правильная. Менять уже ничего нельзя.
Люди посланы делами,
Люди едут за деньгами,
Убегая от обиды и тоски.
А я еду за туманом, за мечтами
И за запахом тайги.
Ни в одном фильме мы не высаживаемся в Америке, не наводим в США свои порядки. Это они начали. Они нас грязно и подло оскорбляют, расстреливая в книгах, фильмах, компьютерных играх.
Cлайд с цитатой