Григорий Нисский

Жизнь души — служение Богу и приличные тому нравы... Смерть души — нечестие и беззаконная жизнь. А когда умирает душа от греха, плач о ней доходит до неба, и Небесные Силы сетуют, скорбит и Сам Бог. Душе, желающей быть невестой Христовой, необходимо уподобляться по возможности красоте Христовой.

Другие цитаты по теме

Несчастный Ницше в последних своих произведениях заострил свои взгляды в яростную полемику против христианства, обнаруживал при этом такой низменный уровень понимания, какой более напоминает французских вольнодумцев XVIII-го века, нежели современных немецких ученых. Приписывая христианство исключительно низшему социальному классу, он не видит даже того простого факта, что евангелие с самого начала принималось не как проповедь сомнительного возмущения, а как радостное известие о верном спасении, что вся сила новой религии состояла в том, что она основана «первенцем от мертвых», воскресшим и обеспечившим вечную жизнь своим последователям, как они непоколебимо верили. При чем же тут рабы и парии? Что значат социальные классы, когда дело идет о смерти и воскресении? Разве «господа» не умирают? Разве римский аристократ и диктатор Сулла, сирийский царь Антиох и иудейский Ирод не были заживо съедены червями? Религия спасения не может быть религией одних рабов и «чандалов», она есть религия всех, так как все нуждаются в спасении. Прежде чем с такою яростью проповедовать против равенства, следовало бы упразднить главную уравнительницу — смерть.

Почему самым прогрессивным является христианство, могу вам сказать. По результатам. Потому что христианство является самым быстрым и радикальным способом совершать правильные поступки. Это та концепция, то мировоззрение, которое, будучи принято в качестве личного кодекса, это в общем-то довольно самурайский кодекс, позволяет вам совершать наибольшее количество этически правильных поступков. Вот и все.

Вы мне скажете: А как же инквизиция ведьм сжигала

Я отвечу: Ведьм сжигали не христиане, а нехристи по большому счету. И Саванарола не пример, и Лойола не пример. Это все люди, которым христианство нужно было как оружие или как средство мучительства или как средство самоутверждения.

Православное богословие воплощения учит, что сам Бог, второе Лицо Троицы, стал человеком. И сделал Он это не для того, чтобы заплатить долг дьяволу или Богу Отцу, и не для того, чтобы стать заместительной жертвой, утоляющей потребность Творца в справедливости. Христос пришел в мир, чтобы спасти нас, вытащить из пропасти, в которую мы пали, преобразить и дать возможность стать богоподобными. Бог решил вызволить нас из плачевного состояния: избавить от болезни, испорченности, смертности, тления и греха. Именно для этого Он вочеловечился — чтобы разделить с нами все тяготы, став частью Своего творения.

— Жан, прости!

— Ничего страшного. Просто царапина.

— Почему бы тебе не воспользоваться аурой [для самолечения]?

— Что?

— Твоя аура. Жан, ты ведь знаешь, что это такое?

— Конечно, знаю!... Эм, не напомнишь?

— Аура — это проявление нашей души. Она несёт в себе нашу сущность и защищает наши жизни. Чем больше развиваешь её — тем сильнее она защищает. Ты когда-нибудь чувствовал на себе чужой взгляд, не зная наверняка, следят ли за тобой?

— Вроде как, да...

— Аура есть практически у всех живых существ. Даже у животных...

— А существа Гримм?

— Нет. У них нет индивидуальности. Мы созданы Светом, а они — порождения Тьмы. Она же заменяет им души.

— ... Потому мы с ними и сражаемся.

— Тут вопрос не в причине, а в осознании сути. Понимание Света и Тьмы даёт возможность проявить свою ауру — каждый имеет внутри себя и то, и другое. Научившись просачивать свою душу поверх плоти, можно защитить её от ранений. Наше оружие и экипировка — лишь её проводники. Переходя в нападение, ты защищаешь свою душу и тело.

— Эй, это же почти как силовое поле!

— Ну, если так удобнее воспринимать, тогда да. Ибо, пройдя через это, мы обретаем духовное бессмертие — лишь благодаря этому люди стали образцами добродетели для всего сущего. Неудержимые, недосягаемы и несвязанные смертью. Я освобождаю твою душу. И подставляю плечо своё.

Для того чтобы христианский и мусульманский мир существовали в согласии и гармонии, надо провести четкую границу, через которую переходить нельзя ни одной из сторон. В первую очередь границу в области культуры. Мы не должны допускать смешения культур. Мы должны крайне осторожно относиться к передвижению людей разных культур и к их внедрению в чужие культуры. Бесконфликтно это не может происходить, потому что культура — это некий код, это мировоззрение, электричество.

Разделение на медицину или психологию важно для нашего разума. На самом деле, где граница между врачом, поддерживающим, успокаивающим своего пациента, вселяющим в него надежду, и психологом, «исцеляющим» душевные раны? Кое-что в медицине может быть сделано только на психологическом уровне. Так же как в психологии иногда не обойтись без медицины.

Не стоит задерживаться на пороге чужого дома слишком долго. Как не стоит здороваться, стоя в открытых дверях, или отказываться от предложенного радушной хозяйкой горячего хлеба. Коли не веришь в добрые намерения хозяев, разворачивайся и постарайся не отставлять открытой спину. Но никогда не терзайся сомнениями посередине — говорят, сквозь порог порой проступает другая сущность, изнанка, обратная сторона. Мир Теней, куда уходят свободные души. А порог — этакая крохотная щелочка в потустороннее, способная в определенное время дня и ночи превращаться в самую настоящую дверь. Но горе тому, что рискнет соприкоснуться с ней дольше положенного — спящие духи-охранники не любят, когда их тревожат, и нередко забирают к себе мятущегося разумом, не спрашивая на то его согласия. Поэтому не стой на пороге. Не тревожь спящие души. И не стремись прикоснуться к тому, чего никогда не сумеешь познать.

Слишком часто забывают, что Спаситель пришел в мир не для того, чтобы задавать ему загадки, но для того, чтобы дать разгадку.